Увы! Курс Галины Юзефович не для учителей

 Очень хочется!!!! Курс прекрасной Галины Юзефович, конечно же, будет замечательным!!!! Жаль только, что заплатить за него учителя провинциальные не смогут никогда.

https://stradarium.ru/slow-reading

«Юзефович» рекомендует. Антиутопии

 «Юзефович» рекомендует. Антиутопии

https://www.youtube.com/watch?v=wGPNtc7C270

Короче, Склифософский. Галина Юзефович — о том, почему похудел серьезный роман

 Короче, Склифософский. Галина Юзефович — о том, почему похудел серьезный роман.

Что же заставляет авторов так беззастенчиво ужиматься, словно на буквы в стране дефицит?
https://theblueprint.ru/culture/paper/uzefovic-nonfic..

Алексей Поляринов "Кадавры"

 Алексей Поляринов "Кадавры"

Рецензия Галины Юзефович на новый роман Поляринова.
https://www.kinopoisk.ru/media/article/4009284/

Галина Юзефович: «Дети против волшебников» канули в Лету

Галина Юзефович
Помимо бесчисленных подражаний и клонов «Гарри Поттер» вызвал к жизни и некоторое количество книг, построенных на прямой с ним полемике. Так, в 2004 году (на тот момент вышли первые четыре части «поттерианы») вагоны московского метро украсились рекламой романа «Дети против волшебников» Никоса Зерваса со слоганом «Хорошо горят волшебные палочки!».
Весь проект был своего рода пропагандистской мистификацией, денег на которую, по слухам, дали создатели «Промсвязьбанка» братья Алексей и Дмитрий Ананьевы. Греческого писателя Никоса Зерваса никогда не существовало, а издательство с говорящим названием «Лубянская площадь» ни до, ни после не выпустило ни одной книги. Анонимные рецензии на «Детей против волшебников» и интервью с писателем, опубликованные в нескольких изданиях, вышли «на коммерческой основе», причем заказчик предпочел сохранить инкогнито.
Сюжет книги вкратце таков: весь мир захвачен мрачной сектой чернокнижников, использующих «поттероманию» в качестве своего главного оружия, и только Россия, хранимая «византийской защитой», сопротивляется мировой скверне. Однако глава черных магов Гендальфус Тампльдор не теряет надежды пробить в защите брешь: для этого он отправляет в Россию своего ученика, призванного заманить русских детей в школу волшебства, растлить их души и перетянуть на сторону зла. План почти удается – злодеи вовлекают в свою магическую секту наивную девочку по прозвищу Морковка. Однако героические русские кадеты в тесном партнерстве с силовиками и дружественными старцами-священниками прорываются в колдовскую школу, уничтожают добрую половину ее обитателей и возвращают Морковку домой, к дедушке-генералу ФСБ, а заодно и на путь истинный.
Несмотря на все усилия по раскрутке, книга Зерваса так и не стала бестселлером, и после короткой яростной полемики в церковной среде (одни клирики одобряли «продвижение традиционных ценностей», другие, напротив, критиковали апологию спецслужб и шокирующие сцены насилия) «Дети против волшебников» канули в Лету. В 2016 году по книге был снят мультфильм, не добравшийся, впрочем, даже до премьерного показа (единственная копия оказалась поврежденной – не иначе дело рук Гендальфуса Тампльдора), а в 2017 году против братьев Ананьевых – покровителей Зерваса – было возбуждено уголовное дело по статье об организованной преступности, и их интерес к проекту явно угас. Впрочем, с учетом нынешних культурно-политических реалий нельзя исключать, что в скором времени книгу, а также мультфильм ждет второе рождение.

Подкаст "Предисловие". Какой должна быть школьная литература? Каких книг не хватает? Финал сезона с ответами на письма

В финале второго сезона «Предисловия» книжный обозреватель «Медузы» Галина Юзефович и учитель литературы Александр Серапионов отвечают на ваши письма. Какие книги давно пора включить школьный канон и что оттуда можно убрать? Почему учителя боятся, когда школьники задают вопросы и не соглашаются с интерпретациями из учебника? Почему скорочтение не лучший способ читать и понимать книги?

В выпуске:

• 01:36 Что почитать из классики, которая не входит в программу? Почему в школе много Есенина и мало Мандельштама?
• 18:43 Надо ли говорить школьникам о том, что в классике устарело или в чем автор не прав? Почему в школе писатели — это не живые тексты, а бронзовые памятники?
• 29:10 Каких иностранных авторов не хватает в школе? И какие современные романы для подростков украсят школьный канон?
• 38:10 Почему в русской литературе XIX века нет известных писательниц?
• 46:39 Влияет ли скорость чтения на удовольствие от книги? Можно ли читать медленно? Что не так со скорочтением?
• 52:55 Как объяснить ребенку «Капитанскую дочку» через мультсериал «Легенда об Аанге»?

• Книги, которые ведущие упоминают в эпизоде:

  • «Повести покойного Ивана Петровича Белкина», Александр Пушкин
  • «Старосветские помещики» и «Повесть о том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем», Николай Гоголь
  • Поэзия Гавриила Державина и Евгения Баратынского
  • «Записки из Мертвого дома», Федор Достоевский
  • «Хаджи-Мурат», Лев Толстой
  • «Полинька Сакс», Александр Дружинин
  • «Фрегат „Надежда“», Александр Бестужев-Марлинский
  • «Из воспоминаний рядового Иванова», Всеволод Гаршин
  • «Божественная комедия», Данте
  • «Фауст», Иоганн Вольфганг Гете
  • «Ромео и Джульетта», «Сон в летнюю ночь», «Гамлет», Уильям Шекспир
  • «Смерть в Венеции», Томас Манн
  • «Превращение», Франц Кафка
  • «Кошка под дождем», Эрнест Хемингуэй
  • «Удивительное путешествие кролика Эдварда», Кейт Дикамилло
  • «Вафельное сердце», «Тоня Глиммердал», Мария Парр
  • «Мой дедушка был вишней», Анджела Нанетти
  • «Холодный дом», Чарльз Диккенс
  • «Как роман», Даниэль Пеннак
  • «2666», Роберто Боланьо
  • «История старой квартиры», Александра Литвина
  • А также книги издательского проекта «А и Б» и графические путеводители издательства «Самокат» по «Горе от ума» и «Евгению Онегину»

Подкаст "Предисловие". Зачем перечитывать «Преступление и наказание» и мучиться вместе с героями Достоевского?

«Преступление и наказание» — главная книга Достоевского? В этом эпизоде «Предисловия» литературный обозреватель Галина Юзефович и школьный учитель Александр Серапионов обсуждают, зачем читать этот неуютный роман и что не так с его анализом в школьной программе.

Зачем Достоевский делает читателю больно? Почему самый интересный персонаж романа Свидригайлов, а не Раскольников? А Раскольников все-таки раскаивается или нет? И какие классические американские романы выросли из «Преступления и наказания»?

Что почитать (и посмотреть):

• «Голод», Кнут Гамсун
• «Преступление и наказание», анимационный фильм (режиссер Петр Думала)
• «Тайная история», Донна Тартт
• «Проблемы поэтики Достоевского», «К философии поступка», Михаил Бахтин
• «Сочувствующий», Вьет Тхань Нгуен
• Лекции Татьяны Касаткиной о Достоевском

🎙Подписывайтесь на подкаст «Предисловие», он есть на всех основных аудиоплатформах. Через неделю, в финале сезона, Галина и Александр ответят на ваши вопросы. Присылайте письма на podcasts@meduza.io.

Подкаст "Предисловие". «Снежная королева» Андерсена — почему стоит перечитать ее в этот Новый год?

Какое произведение школьной программы перечитать в конце этого ужасного года? «Снежную королеву»! Литературный обозреватель «Медузы» Галина Юзефович и ее соведущий, учитель Александр Серапионов, рассказывают, почему сказка Андерсена, пожалуй, лучшее чтение в этот Новый год.

Зачем нам сегодня сказка — разве счастливый конец не раздражает, когда в реальности все плохо? Как читалась «Снежная королева» в советское время без христианских отсылок? Почему «Снежную королеву» часто сравнивают с «Хрониками Нарнии»?

Что почитать:

• «Морфология волшебной сказки», Владимир Пропп
• «Маленькая жизнь», Ханья Янагихара
• «Русская елка», Елена Душечкина
• «Дикий лебедь и другие сказки», Майкл Каннингем 
• «Хаос. Закон. Свобода. Беседы о смысла», митрополит Антоний Сурожский 
• А также «Снежная королева» с иллюстрациями Владислава Ерко

🎙Подписывайтесь на подкаст «Предисловие», он есть на всех основных аудиоплатформах и, конечно, на странице подкастов на «Медузе».

Подкаст "Предисловие". «Детство. Отрочество. Юность» — лучшая ранняя книга Толстого или слабая проза? Зачем это в 5 классе?

Зачем в школе проходят «Детство. Отрочество. Юность» Льва Толстого? Книжный обозреватель «Медузы» Галина Юзефович и учитель литературы Александр Серапионов в этом эпизоде спорят о раннем творчестве писателя.
«Детство» — это слабая книга начинающего автора или показательная проза будущего великого писателя? Почему эти повести для Толстого — семейная психотерапия? Это вообще про реального человека или там нет ничего автобиографичного? И чем «Детство. Отрочество. Юность» действительно может понравиться школьникам?

Что почитать:

«Былое и думы», Александр Герцен
«Жизнь Льва Толстого. Опыт прочтения», Андрей Зорин
«Прощание», Карл Уве Кнаусгор
«Лев Толстой — свободный человек», «Лев Толстой: Бегство из рая», Павел Басинский
«Лужок черного лебедя», Дэвид Митчелл
А также проект «Слово Толстого»
✏️ Задавайте вопросы ведущим: в финале сезона Галина и Александр ответят на ваши письма. Пишите на почту podcasts@meduza.io с пометкой «Предисловие».

Подкаст "Предисловие". «Кому на Руси жить хорошо» — депрессивный национальный эпос. Разве эту поэму можно полюбить?

В рейтинге ненавистных произведений школьной программы поэма Николая Некрасова «Кому на Руси жить хорошо» занимает, пожалуй, одно из первых мест вместе с «Обломовым» и «Войной и миром».
В этом эпизоде книжный обозреватель «Медузы» Галина Юзефович и учитель литературы Александр Серапионов обсуждают, почему текст Некрасова вызывает такое отторжение и можно ли его полюбить.
За что школьники так не любят Некрасова? Чем поэма может удивить авторов «Разговоров о важном»? Как вообще можно читать это депрессивное произведение? Что общего у Некрасова с Гомером и почему «Кому на Руси жить хорошо» — это русский национальный эпос?
Что почитать: 

«Особый путь», Михаил Велижев, Тимур Атнашев, Андрей Зорин
«Приключения Гекльберри Финна», Марк Твен
«Русская литература для всех», Игорь Сухих
«Обращение в слух», Антон Понизовский
«Мастерство Некрасова», Корней Чуковский
«История моего современника», Владимир Короленко
✏️ Задавайте вопросы ведущим: в финале сезона Галина и Александр ответят на ваши письма. Пишите на почту podcasts@meduza.io с пометкой «Предисловие».

Подкаст "Предисловие". Как «Отцы и дети» читаются сегодня, когда многие спорят с родителями из--за войны?

Книжный обозреватель «Медузы» Галина Юзефович и учитель литературы Александр Серапионов обсуждают, зачем сегодня перечитывать роман Ивана Тургенева «Отцы и дети».
Как роман воспринимается во время войны, когда дети ругаются с родителями из-за отношения к происходящему в Украине? Как о главном герое — Базарове — рассказывают в современной школе: это прогрессивный человек нового века или антигерой, противник «традиционных ценностей»? Что все-таки означает название романа: отцы вместе с детьми или против них? И почему Тургенев оказывается в этой книге протофеминистом?
Что почитать: 

"Гарденины», Александр Эртель
«Человек в романах И. С. Тургенева», «И. С. Тургенев и русский реалистический роман XIX века (30–50-е годы)», Владимир Маркович
«Берег Утопии», Том Стоппард
«Экспресс-курс по русской литературе», Ирина Лукьянова
«Сад», Марина Степнова
«Около музыки», Нина Дашевская
✏️ Задавайте вопросы ведущим: в финале сезона Галина и Александр ответят на ваши письма. Пишите на почту podcasts@meduza.io с пометкой «Предисловие».

В 2022 году на ярмарке Non/fiction гораздо меньше хорошего, чем обычно (а что случилось?). Тем не менее Галина Юзефович выбрала 20 лучших новых книг, на которые стоит обратить внимание

Художественная литература
Роберто Боланьо. 2666. М.: АСТ, 2022. Перевод М. Осиповой
С большим запозданием до России добрался один из величайших романов XXI века — на испанском книга Роберто Боланьо, чилийца, большую часть жизни прожившего в Мексике и Испании, вышла еще в 2004 году, через год после смерти автора. «2666» — это и азартная филологическая охота за неуловимым немецким писателем, и спортивная драма, и поиск серийного убийцы, убивающего женщин в провинциальном мексиканском городке, и подробные, невыносимо болезненные жизнеописания его жертв. Однако композиционный центр романа — почти мистическая и волнующая притча о неотвратимости рока: все дороги сходятся в одной точке, и сколько бы ты ни пытался избежать предначертанного, тебе это не удастся.
Западная критика называет «2666» романом, который мог бы написать Хорхе Луис Борхес, и, пожалуй, трудно подобрать для книги Боланьо более точное определение.
Даниэль Кельман. Тиль. М.: АСТ, 2022. Перевод А. Берлиной
Суперзвезда современной немецкой литературы Даниэль Кельман известен российскому читателю главным образом благодаря увлекательному научно-историческому не то роману, не то нон-фикшн «Измеряя мир», рассказывающему о немецких ученых Александре Гумбольдте и Карле Гауссе. «Тиль» — главная, пожалуй, книга писателя на сегодня — знакомит нас с совершенно другим Кельманом.
Этот роман (скорее сборник рассказов, объединенных временем и местом действия, а также до некоторой степени главным героем) переносит читателя в мир Тридцатилетней войны — самой кровопролитной и страшной в истории человечества. Герой — известный нам по роману Шарля де Костера шутник и борец за социальную справедливость Тиль Уленшпигель — предстает здесь совсем в другом амплуа. У Кельмана он — великий шут, мрачноватый трикстер и неизменный катализатор трагедии: за каждым его появлением неизбежно следует какая-то беда.
Михаил Турбин. Выше ноги от земли. М.: АСТ, Редакция Елены Шубиной, 2022
Михаил Турбин — еще один представитель поколения тридцатилетних, буквально перевернувшего отечественную литературу в последние пару лет. Его дебют «Выше ноги от земли» — история врача-реаниматолога, пытающегося, как принято сегодня говорить, «собрать себя по кусочкам» после страшной трагедии — гибели жены и ребенка. Однажды на его профессиональном пути встречается чудом выживший в странной аварии малыш, чем-то неуловимо похожий на потерянного сына. Попытка выяснить, что же произошло с ребенком и где его близкие, превращается для героя одновременно и в детективное расследование, и в болезненное, но необходимое путешествие к самому себе.
Сьон. Скугга-Бальдур. М.: Городец, 2022. Перевод Н. Демидовой
Если имя Сьона кажется вам незнакомым, вспомните творчество певицы Бьорк — значительная часть ее песен (включая знаменитую «Iʼve Seen It All» из кинофильма Ларса фон Триера «Танцующая в темноте») написаны на стихи Сьона. Сьон — один из самых известных во всем мире писателей, поэтов и драматургов современной Исландии, однако для российского читателя нынешняя встреча с его прозой — первая.
Микророман «Скугга-Бальдур» — это одновременно и поэтичная волшебная сказка, и философская притча, и очень реалистичный рассказ о нескольких днях из жизни окруженной бескрайними снегами исландской деревушки в середине XIX века. Три главных героя (два живых и одна мертвая), утрата, одержимость, тепло очага, холод леса и неразрешимая этическая дилемма — каким образом Сьону удается упаковать все это в 150 страниц крупным шрифтом, не очень ясно. Северная магия, не иначе.
Кевин Нгуен. Новые волны. М.: Фантом Пресс, 2022. Перевод К. Чистопольской
В 2022 году слово «айтишник» обрело в России особый смысл, из названия профессии став, по сути дела, наименованием привилегированной касты, представители которой не подлежат мобилизации, легко мигрируют между странами, много зарабатывают и живут в свое удовольствие. Роман американца Кевина Нгуена рисует оборотную сторону айтишной идиллии.
Его герои, талантливая программистка Марго и невзрачный работник службы техподдержки Лукас, хотят отомстить своему работодателю за скуку, унижения, за фальшивый драйв и подспудную расовую дискриминацию. Вместе они решают украсть данные пользователей мессенджера, разработкой и поддержкой которого занимается их стартап, однако, как водится, что-то идет не так. Стартуя как иронический триллер о грабителях-неудачниках, понемногу роман Нгуена трансформируется в попытку осмыслить торжество виртуальности с позиции традиционных гуманистических ценностей. Если когда-то вам нравилась «Сфера» Дэйва Эггерса, не пропустите.
Эмили Сент-Джон Мандел. Море спокойствия. М.: Эксмо, 2022. Перевод А. Оганяна

Новый роман канадки Эмили Сент-Джон Мандел (читатель помнит ее по знаменитой «Станции 11») в некотором смысле продолжает предыдущую книгу писательницы — «Стеклянный отель». Действие «Моря спокойствия» разнесено по четырем эпохам: в 1918 году английский эмигрант переживает трансцендентный опыт. В 2020 году молодая женщина приходит на визуально-музыкальный перформанс (с него начинается «Стеклянный отель») и видит на нем странное видео, тот самый опыт словно бы запечатлевшее. Двумястами годами позже известная писательница, живущая в лунной колонии, летит на Землю на презентацию собственной книги, а еще через двести лет молодой человек, названный в честь второстепенного героя ее романа, пытается объяснить загадочные пересечения между эпохами и ищет рифмы в давно забытых событиях прошлого.
Поэтичная, меланхоличная и медитативная проза Эмили Сент-Джон Мандел погружает читателя в размышления о природе времени и о мистической связности объектов, отделенных друг от друга сотнями лет и тысячами километров.
Екатерина Манойло. Отец смотрит на запад. М.: Альпина Проза, 2022

Небольшой дебютный роман Екатерины Манойло еще до публикации принес своей создательнице премию «Лицей» и некоторую известность в узких кругах. Теперь наконец он вышел отдельной книгой — и, несомненно, кругу его поклонников предстоит существенно расшириться.
Катя, дочь казаха и русской, растет в поселке на границе Казахстана и России. В детстве на ее глазах в результате нелепого несчастного случая погибает трехлетний брат, после чего что-то необратимо ломается и в мире, и в семье, из которой сбегает мать, и в самой Кате. Отъезд из родного поселка в далекую Москву, к незнакомой и непонятной бабушке не решает проблему внутреннего разлада — чтобы вновь обрести цельность, выросшей Кате придется вернуться домой и пройти все неизбежные стадии переживания горя, от отрицания до принятия.
Валери Перрен. Трое. М.: Эксмо, 2022. Перевод Е. Клоковой

Десятилетние Нина, Этьен и Адриен знакомятся в 1987 году, в первый же школьный день, и тут же становятся друзьями — сразу и, как им кажется, навсегда. Все вместе они проходят смутный период пубертата, вместе — по-прежнему просто друзья, без намека на романтику — вступают в юность, и вот тут неразлучную троицу ждет раскол.
В романе Валери Перрен (российскому кинозрителю она может быть знакома как постоянная сценаристка Клода Лелуша) есть место и загадкам, и их расследованию — что же за тень пролегла между героями? Что скрывает каждый из троих? И что за странная женщина так пристально следит за тремя бывшими друзьями? Однако главное в «Троих» не загадки и расследование, но обаяние юности и пылкой, всепоглощающей дружбы, хрупкой и конечной, но воображающей себя неуязвимой для времени.
Жауме Кабре. Когда наступит тьма. М.: Иностранка, Азбука-Аттикус, 2022. Перевод А. Гребенниковой

Роман «Я исповедуюсь» стал мировым бестселлером, превратив своего автора, каталонца Жауме Кабре, в международную суперзвезду. Выпустив на русском четыре его главных романа, «Азбука» добралась наконец и до малой прозы — в переводе вышел сборник макабрических и гротескных рассказов писателя.
Одинокий сирота, повзрослев, выходит из приюта — и безжалостно мстит всем, кто обижал его в детстве. Наемный убийца и вор оказывается в буквальном смысле слова украден картиной Милле, некогда украденной им самим. Вор, убитый законными владельцами похищенных им баранов, случайно оказывается похоронен вместе с республиканцами, расстрелянными франкистами, и таким образом после смерти сам становится героем-республиканцем. Вернувшийся с войны солдат сходит с ума, раз за разом прокручивая в мозгу давно проигранную битву.
Разные и стилистически, и жанрово, рассказы Жауме Кабре тем не менее говорят об одном — о принципиальной невозможности быть невиновным в мире, навеки застрявшем в кровавом круговороте насилия.
Бенджамин Вуд. Эклиптика. М.: Фантом Пресс, 2022. Перевод С. Арестовой

Если вы читали «Станцию на пути туда, где лучше» — предыдущий роман Бенджамина Вуда, опубликованный на русском, то вам уже знаком фирменный прием этого автора, а именно его умение выстроить стройную, логичную историю, а после почти неуловимым движением вывернуть ее наизнанку. В «Эклиптике» он вновь и с тем же блеском проделывает тот же трюк.
На живописном острове неподалеку от Стамбула обосновалась очаровательная и суматошная коммуна художников. Ее привычная жизнь нарушена появлением нового персонажа — одаренного юноши, которому, очевидно, угрожает какая-то опасность. Однако попытки выяснить, что же скрывается в его прошлом, дают совсем не тот результат, которого ожидают и сами обитатели коммуны, и читатели.
Парадоксальный и увлекательный роман-перевертыш, «Эклиптика» Вуда — одна из тех книг, с которыми в хороший год было бы приятно провести новогодние праздники. А в этом году она может послужить неплохим убежищем от сумрачной реальности.
Джон Макгрегор. Споткнуться, упасть, подняться. М.: Поляндрия No Age, 2022. Перевод Е. Рыбаковой
Роман Джона Макгрегора начинается как классическая антарктическая одиссея. Отважные полярники попадают однажды ночью в снежную бурю, и читатель закономерно ждет, что дальше последует история о борьбе за выживание в суровых условиях, о стойкости и мужестве. В некотором смысле это и правда так, однако мужество и стойкость, о которых пишет Макгрегор, окажутся совершенно иного рода.
В ту страшную ночь главный герой, опытный полярный исследователь, переживает обморожение и инсульт, после которых ему, по сути дела, предстоит заново выучиться жить. И помочь ему в этом должна жена, с которой накануне последней экспедиции они уже почти условились развестись. Умная, деликатная и неожиданная книга Джона Макгрегора сводит под одной обложкой вещи, казалось бы, несовместимые: тонкую семейную драму, рассказ о подвигах во льдах и щемящее описание жизни с ментальными расстройствами.
Нон-фикшн
Кэтрин Зубович. Москва монументальная: Высотки и городская жизнь в эпоху сталинизма. М.: АСТ, CORPUS, 2023. Перевод Т. Азаркович
Монументальными принято называть здания, масштаб которых значительно превосходит возложенные на них практические задачи. Кроме того, монументальные сооружения транслируют идею величия власти и ее связь с сакральным, демонстрируют силу и несут в себе определенное послание. В этом смысле семь московских высоток, построенных с целью увековечить победу в Великой Отечественной войне и, по выражению Сталина, превратить Москву во «всем столицам столицу», могут считаться образцом монументальной архитектуры.Рассказывая о знаменитых московских высотках, американская исследовательница Кэтрин Зубович рисует широкую панораму жизни и быта в «культовых» зданиях, а кроме того, показывает их связь с международным опытом, с историей Москвы и с советской идеологией. Если три года назад вы с интересом прочли «Дом правительства» Юрия Слезкина, то «Москва монументальная» станет прекрасным продолжением той же темы.
Элизабт Шимпфессль. Безумно богатые русские. М.: Individuum, 2022. Перевод И. Евстигнеевой
Написанная в 2018 году книга австрийского социолога, специалиста по социологии элит Элизабет Шимпфессль, к 2022 году отчасти устарела: последние девять месяцев внесли в жизнь русских олигархов (именно им посвящена книга) драматические изменения. Однако, по мнению Шимпфессль, сформулированному в предисловии к изданию 2022 года, большинство вещей, о которых она писала ранее, не утратили своей актуальности: олигархи по-прежнему на виду, они по-прежнему нуждаются в Путине как в гаранте собственного существования и они все еще безумно, неприлично богаты.
В своей книге, основанной на обширном фактологическом материале, Шимпфессль исследует генеалогию российской бизнес-элиты, ее манеры, ее привычки и обыкновения, а также анализирует ее опыт переплавления «новых» денег в «деньги респектабельные». Однако главный — и, пожалуй, самый неожиданный для российского читателя вывод, к которому приходит Шимпфессль, заключается в том, что «русские олигархи» не обладают никакой культурной, социологической или психологической уникальностью. Их успех укладывается в универсальную парадигму преуспеяния и описывается ровно в тех же терминах и категориях, что и успех богачей из Америки, Европы или Юго-Восточной Азии. Что называется, сторонникам «особого пути России» на заметку.
Брайан Хэйр, Ванесса Вудс. Выживает самый дружелюбный. М.: ЭКСМО, Бомбора, 2022. Перевод Е. Бирюзовой
Традиционная точка зрения, истоки которой принято искать в классическом дарвинизме, состоит в том, что наилучшими шансами на выживание обладают наиболее приспособленные, а значит, и наиболее здоровые и безжалостные индивиды. Однако в действительности сам Дарвин восхищался добротой и сотрудничеством, наблюдаемыми в природе, и утверждал, что процветать будут те сообщества, в которых особи лучше всего взаимодействуют друг с другом. Без сотрудничества с насекомыми цветущие растения не имели бы возможности размножаться, успех муравейника определяется взаимодействием миллионов муравьев, и в человеческом обществе мы наблюдаем множество подобных механизмов. Именно о них рассказывает книга эволюционного антрополога Брайана Хэйра и журналистки Ванессы Вудс.
Процесс развития кооперативных механизмов, стартующий задолго до формирования человеческого общества в современном его понимании, авторы уподобляют одомашниванию — только одомашниваются в данном случае не животные, но сам человек.
Эндрю Дойг. Memento Mori: История человеческих достижений в борьбе с неизбежным. М.: КоЛибри, Азбука-Аттикус, 2022. Перевод К. Льоренте
Стремление к долголетию естественно для человека в силу его биологической природы, однако на пути к желанной цели всегда стоят разнообразные препятствия. Голод, насилие, инфекционные болезни (и самая страшная среди них — чума) оставались главными причинами смерти на протяжении большей части человеческой истории, однако сегодня люди куда чаще умирают от болезней сердца, инсульта или рака. Книга британца Эндрю Дойга, профессора нейрологии из Университета Манчестера, в прямом смысле слова исследует историю смерти — от уточнения самого понятия (в какой момент человек может считаться окончательно и бесповоротно мертвым?) до перемен, произошедших в этой сфере в последние десятилетия.
Как и почему с течением времени менялись главные причины смерти, как люди учились их осмыслять и учитывать, а после им противостоять — обо всем этом Эндрю Дойг пишет одновременно познавательно и занимательно, подкрепляя академичные рассуждения множеством интереснейших примеров.
Наталья Петрова, Надежда Рычкова. Страшный, таинственный, разный Новый год. М.: МИФ, 2022
Красочная и великолепно оформленная книга фольклористок Натальи Петровой и Надежды Рычковой несет жителям России добрую весть: если опираться на традиции населяющих нашу страну народов, то Новый год можно праздновать десятки раз, причем вовсе не только зимой. Так, восточносибирские эвенки отмечают Новый год в начале лета, с первым кукованием кукушки — по случаю праздника они наряжаются в особые платья, ходят друг к другу в гости и проводят обряды очищения. У алтайцев Новый год наступает в весеннее равноденствие — в этот день принято бить снег палками для того, чтобы приблизить приход весеннего тепла. А манси и вовсе празднуют целых два Новых года — зимний, в конце августа, когда происходит «поворот на зиму», и летний, когда возвращаются перелетные птицы.
Множество интереснейших обычаев, разнообразных, как разнообразна сама этническая карта России, описаны в книге живо, остроумно и в высшей степени компетентно — большую часть информации авторки собрали сами во время своих экспедиций по стране.
Михаил Майзульс. Идол, защищайся! М.: Альпина нон-фикшн, 2022
Сегодня мы целуем или рвем фото человека, которого любим или, напротив, ненавидим, не вкладывая в это действие особого символического смысла. Однако в Средние века и в раннее Новое время подобные действия были обусловлены совершенно иными причинами. Уродуя фрески и миниатюры, избивая и уродуя статуи или применяя другие формы насилия к зримому воплощению незримого прообраза, люди пытались наказать его за «глухоту», вытребовать или иным способом обрести желанную помощь, выразить свое отношение к изображаемому или даже к самой идее изображения.
В своей великолепно иллюстрированной книге историк-медиевист Михаил Майзульс исследует три основных типа насилия по отношению к сакральным образам: иконоборчество (за ним, как правило, стоит некоторая идея или концепция), вандализм (он чаще всего проявляет себя стихийно, неструктурированно) и, наконец, цензура, под которой подразумеваются ограничения, спущенные сверху.
Ребекка Рэгг Сайкс. Родня: жизнь, любовь, искусство и смерть неандертальцев. М.: Альпина нон-фикшн, 2023. Перевод О. Корчевской
В последние тридцать лет антропологическая наука переживает настоящий бум: радикально улучшившиеся методы и инструментарий исследований позволяют нам узнать о неандертальцах удивительно много нового. Так, ученым удалось установить, что они умели изготавливать орудия из разных материалов (а не только из камня, как считалось ранее), что они производили минеральные красители и коллекционировали морские раковины (то есть имели некоторое представление об эстетике), употребляли в пищу очень широкий спектр продуктов (от крупных животных до насекомых) и обладали выдающимися способностями к адаптации. Однако чем больше данных, тем больше вопросов, поэтому современное видение неандертальцев выглядит скорее как лоскутное одеяло, чем как целостная, непротиворечивая картина.
Антрополог, один из ведущих специалистов по неандертальцам в мире Ребекка Рэгг Сайкс не пытается искусственно свести все накопленные сведения воедино, но знакомит читателя с сегодняшним видением этой области знаний, рассказывает о самых ярких открытиях и делится самыми многообещающими гипотезами.
Герлинде Пауэр-Штудер, Дэвид Веллемаг. Конрад Морген: совесть нацистского судьи. М.: Альпина нон-фикшн, 2023. Перевод Ю. Чижова
«Соблюдайте вашу конституцию» — лозунг, долгое время казавшийся наивным, сегодня вновь обретает актуальность. Книга историков и публицистов Герлинде Пауэр-Штудера и Дэвида Веллемага рассказывает о попытке добиться схожей цели, предпринятой в нацистской Германии эсэсовским судьей Конрадом Моргеном. Помимо прочего, гитлеровский режим отличался беспрецедентным уровнем коррупции — именно ему поначалу пытался противостоять Морген, используя для этого средства закона. Однако позднее он расширил круг своих расследований: по мере сил, опираясь исключительно на нормы нацистского же права, он выдвинул обвинения в убийстве против коменданта Бухенвальда и шефа гестапо в Освенциме, а также добивался выдачи ордера на арест Эйхмана.
Конрад Морген не был антифашистом — он был убежденным легистом, законником, или, по собственному определению, «фанатиком справедливости». И его история, рассказанная в книге «Совесть нацистского судьи», — это история честного человека, пытающегося действовать изнутри системы, не вступая с ней в прямую конфронтацию, но и не прогибаясь под ее особо чудовищные изъяны.
Олег Хлевнюк. Корпорация самозванцев. М.: Новое Литературное Обозрение, 2023
Новая книга историка Олега Хлевнюка, автора эталонной биографии Сталина «Жизнь одного вождя», продолжает исследовать СССР сталинской эпохи. На сей раз в фокусе его внимания — так называемое Управление военного строительства, созданное Николаем Павленко в 1948 году и вплоть до 1952-го занимавшееся строительством дорог на всем протяжении Советского Союза. Несмотря на официальное название, более или менее эффективную работу и военную форму, которую носили все ключевые сотрудники управления, на самом деле предприятие Павленко было фальшивкой — по сути дела, нелегальной частной артелью, успешно маскировавшейся под элемент государственной экономической машины.
Историю взлета и падения павленковской «корпорации» можно рассматривать как захватывающий детектив, и Хлевнюк не отказывает себе в удовольствии поделиться с читателем самыми яркими моментами грандиозной аферы. Однако в большей степени историка привлекают другие аспекты, а именно устройство теневой экономики в СССР в целом и способы социальной мимикрии, которые советский человек использовал ради выживания в тоталитарном окружении. Последняя тема, увы, актуальнее не придумаешь.

Подкаст "Предисловие". «Капитанская дочка» — это учебник по ведению переговоров и выстраиванию отношений с оппонентом. И вот почему эту повесть Пушкина стоит перечитать во время войны

https://www.youtube.com/watch?v=Y0tw55nzMpE

Литературный обозреватель «Медузы» Галина Юзефович и школьный учитель Александр Серапионов говорят о повести Пушкина «Капитанская дочка». Ведущие уверены: это редкий пример по-настоящему увлекательного юношеского чтения в школьной программе (интереснее «Айвенго»!) — да еще и с хорошим финалом.
Как повесть воспринимается сегодня? Почему мысль о благородном противнике (и уважительном противостоянии персонажей Гринева и Пугачева) кажется недопустимой во время войны в Украине? Чем «Капитанская дочка» напоминает модернистские романы XX века? И почему произведение Пушкина — блестящий учебник по ведению переговоров?
Что еще почитать:

«Золото бунта», Алексей Иванов
«Ложится мгла на старые ступени», Александр Чудаков
«Большие надежды», Чарльз Диккенс
«Сахарный ребенок», Ольга Громова
«Звезда», Эммануил Казакевич
А также:Фильм «Голод» Александра Архангельского, Максима Курникова и Татьяны Сорокиной
🎙Подписывайтесь на подкаст «Предисловие», он есть на всех основных аудиоплатформах и, конечно, на странице подкастов на «Медузе». Эпизоды выходят по пятницам. Также мы выкладываем выпуски в ютьюбе и в нашем телеграм-канале.
✏️ Задавайте вопросы ведущим: в финале сезона Галина и Александр ответят на ваши письма. Пишите на почту podcasts@meduza.io с пометкой «Предисловие».

Виктору Пелевину — 60 лет. Рейтинг всех 20 его романов, составленный Галиной Юзефович. От худшего к лучшему

20. Шлем ужаса: Креатифф о Тесее и Минотавре (2005)
Небольшой роман (или скорее пьеса) вышел в рамках международного проекта «Мифы» английского издательства Canongate. В качестве декораций для своего ремейка древнегреческой легенды о Тесее и Минотавре Пелевин выбрал пространство интернет-чата. Много архаичного «падонковского» сленга, шуток и реалий, актуальных для 2005 года, пустопорожней философической болтовни, а вишенкой на торте — разочаровывающе многозначительный финал.
19. Смотритель (2015)
Роман, скрещивающий биографию Павла I, альтернативную историю, философию субъективного идеализма и мистику в духе Карлоса Кастанеды. Самая несмешная (две удачные шутки на без малого 700 страниц), одна из самых длинных (целых два тома) и наименее динамичная книга Пелевина.
18. Искусство легких касаний (2019)
Заглавная повесть одноименного сборника выстроена как дайджест «модного романа», сюжет которого крутится вокруг загадочного отравления генерала ГРУ. Пытаясь раскрыть преступление, невольным свидетелем которого он стал, герой-рассказчик проходит через научные конференции, французские бордели, подземные усыпальницы, а заканчивает опасно близким знакомством с «русскими хакерами» и их методами.
Выбирая ключевое событие (или понятие) года, Пелевин редко промахивается, но «Искусство легких касаний» — пример досадного промаха. Тема хакеров никого особо не будоражила даже в 2019 году, а сегодня и вовсе выглядит седой архаикой. Добавьте к этому сбивчивый, непродуманный сюжет — и можете с чистой совестью эту повесть пропустить. Хорошая новость: два других текста, вошедшие в сборник (рассказы «Иакинф» и «Бой после победы»), гораздо лучше собственно «Искусства».
17. Empire V. Повесть о настоящем сверхчеловеке (2006)
Первый роман «вампирской» серии, в котором вводятся важные для Пелевина понятия гламура (демонстративного потребления) и дискурса (его псевдоинтеллектуального осмысления и критики) как двух фундаментальных начал человеческого бытия. Интересный сеттинг и мощная космогония, которыми, к сожалению, роман полностью исчерпывается: сколько-нибудь яркой истории в нем нет.
16. Бэтман Аполло (2013)
Продолжение романа Empire V, в котором история молодого вампира Рамы, знакомого нам по первой книге цикла, получает внезапную и эффективную прививку «Гарри Поттера». Мир вампиров обрастает подробностями и обретает глубину, а сюжетную динамику обеспечивают «школьные» и отчасти романтические приключения в Замке Дракулы, куда герой прибывает на курсы повышения вампирской квалификации.
15. Любовь к трем цукербринам (2014)
«Любовь к трем цукербринам» открывает новый этап в творчестве Виктора Пелевина: с этого момента его романы превращаются, по сути дела, в ежегодные бюллетени настроений в обществе, а также быта, нравов и интеллектуальных поветрий. На этот раз в фокусе пелевинского внимания события в Украине, торжество социальных сетей, толерантность как основной социальный тренд и терроризм как едва ли не основной тренд политический.
14. t (2009)
Лейтмотив этого романа-метафоры — взаимоотношения автора и героя, творца и творения, предопределения и свободы воли. Мастер боевого искусства «незнас» (сокращение от «непротивление злу насилием») граф Т бежит из Ясной Поляны от родных и одновременно от жандармов, чтобы добраться в русскую мистическую Шамбалу — Оптину пустынь. Однако в ходе духовного странствия Т предстоит узнать, что он вовсе не так свободен, как привык думать, познакомиться со своим создателем и выяснить, что у того тоже имеется создатель.
Сложная и красивая авторская мысль немного страдает от вялого и путаного изложения, зато многие недостатки компенсирует знаменитый поединок на топорах между графом Т и Ф. М. Достоевским, а также дорогие сердцам фанатов отсылки к «Чапаеву и Пустоте».
13. Числа (2003)
Самый маленький роман Виктора Пелевина — собственно, не роман даже, а составная часть сборника «ДПП (NN)». Банкир Степа с детства истово поклоняется числу 34, а во взрослом состоянии вступает в непримиримую схватку с конкурентом, выбравшим себе в покровители число 43. Более всего «Числа» похожи на предыдущий роман — «Generation П»: те же роскошные каламбуры, остроактуальные (и потому не всегда понятные сегодня без комментария) аллюзии и постоянное ощущение развеселого капустника на краю бездны экзистенциального отчаянья.
12. Непобедимое солнце (2020)
Обычно писатель сдает свой литературно-аналитический ежегодник в издательство весной, чтобы он увидел свет осенью, однако в 2020-м произошел казус. Когда работа над романом уже вступила в завершающую фазу, грянул ковид, предугадать который не смог даже Пелевин.
Как результат, книгу, очевидно, пришлось переписывать в последний момент, несколько искусственно «влив» в нее пассаж о римских императорах Каракалле и Элагабале. Ковид все равно оказался вытесненным куда-то на периферию, однако за вычетом затянутой древнеримской линии «Непобедимое солнце» вполне соответствует дэн-брауновским стандартам увлекательности, а в качестве приятного бонуса — крайне редкая для Пелевина обаятельная и энергичная главная героиня, описанная если не с любовью, то во всяком случае без обычных для автора неприязни и обесценивания.
11. Тайные виды на гору Фудзи (2018)
Философичный и самый, пожалуй, буддистский со времен «Чапаева и Пустоты» роман Виктора Олеговича, сфокусированный вокруг идей толерантности и движения #MeToo. Нужно отметить, что подспудная неприязнь Пелевина к женщинам в этом романе выходит на поверхность и обретает мистическое обоснование: именно наделенная темной властью над миром женщина в «Тайных видах» становится главным препятствием для мужчины в деле достижения нирваны.
10. Лампа Мафусаила, или Крайняя битва чекистов с масонами (2016)
Как и «Тайные виды на гору Фудзи», «Лампа» относится к новейшему периоду творчества Виктора Олеговича, когда каждый роман — это обзор всего важного за прошедший год, и потому содержание ее легче всего восстанавливается по ключевым словам. На сей раз это «финансы», «либералы/патриоты», «русская национальная идея», «прошлое и будущее».
Роман распадается на несколько полусамостоятельных новелл, самая запоминающаяся из которых — история офисного клерка, в результате некоего мистического опыта начинающего испытывать сексуальное влечение к древесине и становящегося «дендросексуалом».
9. Generation П (1999)
Роман, сделавший Пелевина из нишевого интеллектуального автора литературной звездой общероссийского масштаба. Без преувеличения, самая смешная и самая злободневная книга писателя, поставившая в отечественный фольклор едва ли не больше мемов и устойчивых оборотов, чем «Горе от ума» Грибоедова.
История копирайтера Вавилена Татарского, от производства рекламы через разреженную область политического пиара медленно восходящего к вершинам эзотерического знания, аккумулировала в себе все фирменные приемы Пелевина, которые он будет отрабатывать в дальнейшем. Единственный недостаток — как все остроактуальные книги, сегодня «Generation П» читается не столько как художественный текст, сколько как исторический источник, и многое в нем уже непонятно без пространного комментария.
8. Омон Ра (1992)
Первый (и почти такой же компактный, как «Числа») роман Виктора Пелевина, написанный на сломе эпох и представляющий собой пронзительный реквием по космической романтике и всей советской идеологии в целом. Мальчик по имени Омон (позывной — Ра) поступает в летное училище им. Александра Маресьева и обнаруживает, что все, что он знал о своей родине, было неправдой. Вскрывая все новые и новые слои лжи в надежде обнаружить под ними твердую основу, он проваливается в пустоту и понимает, что опоры нет: вся советская действительность, такая устойчивая и надежная с виду, сверху донизу была фальшью.
7. Transhumanism Inc. (2021)
Сборник рассказов, объединенных общим антуражем, исследует тему цифрового бессмертия. В мире недалекого будущего мозги сильных мира сего в момент физической смерти тела не погибают, а переносятся в специальные «банки» — расположенные глубоко под землей мозгохранилища. Оттуда, из иллюзорного мира виртуальной реальности, его мертвые, по сути дела, обитатели продолжают управлять миром живых.
Вошедшие в сборник рассказы предлагают впечатляющую палитру жанров — от аллюзий на комиксы манга до трогательной истории о котиках (понятное дело, не без второго дна), а обаятельный стеб над русской классикой чередуется с острой политической сатирой. Отдельно хочется отметить, что за год до начала войны с Украиной Виктор Олегович употребляет в книге слово «спецоперация» ровно в том значении, в котором мы знаем его сегодня, причем вкладывает его в уста шейха Ахмада — персонажа, практически неотличимого от Рамзана Кадырова.
6. S.N.U.F.F. (2011)
Роман часто называют пророческим, поскольку в нем Пелевин, как может показаться, предугадал сегодняшние события в Украине. В действительности это, конечно, не так: конфликт, описанный в романе, если чем-то и похож на тот, что мы переживаем сегодня, то лишь на уровне очень абстрактной и горькой метафоры.
Мир, описанный в S.N.U.F.F., разорван на две неравные части. «Цивилизованный» «офф-шар» парит над землей, и там процветают богатство, цинизм, высокая культура и права личности. Поверхность земли — так называемая Уркаина — населена нищими, грубыми и невежественными «орками», годными, по мнению цивилизованных обитателей офф-шара, разве что на роль пушечного мяса в ритуальных войнах. Помимо узнаваемых пелевинских приемов (игра слов, скрытые и явные отсылки к современности, буддистские мотивы, объективация женщин), в S.N.U.F.F. есть и нечто выходящее за рамки обязательной для писателя программы: беспримесная печаль и тонкая, обаятельная самоирония.
5. iPhuck 10 (2017)
И вновь проще всего реконструировать содержание романа по его ключевым словам: искусственный интеллект, гендер (а вместе с ним семья, сексуальность и все с этим связанное), бытование искусства в современном мире.
Герои — литературно-полицейский алгоритм Порфирий Петрович и его клиентка, арт-критик и куратор Маруха Чо — оказываются вовлечены в детективное расследование на правах партнеров, однако каждый из них ведет собственную тайную игру. Отлично отрабатывая все обязательные для детективного жанра прыжки и отжимания, Пелевин в то же время выстраивает очень реалистичную и стройную модель будущего. И если в 2017 году картина эта казалась алармистской, то сегодня, пожалуй, ее можно с некоторыми оговорками назвать обнадеживающей. Даже это мрачноватое будущее выгодно отличается от того, которое вырисовывается из дня сегодняшнего.
4. Чапаев и Пустота (1996)
«Чапаева и Пустоту» принято считать главным романом Пелевина, своего рода инвариантом всех его последующих текстов. В самом деле, именно здесь впервые проявляется глубокий интерес писателя к Востоку и восточной мистике, формируется его метод иронического переосмысления актуального через трансцендентное и древнее, складывается система лингвистических шуток, и все это — в наиболее чистом, оригинальном и совершенном виде.
Проблема, однако, в том, что по меньшей мере две (из четырех) сюжетные линии романа, увы, изрядно устарели и нуждаются в пояснениях. Словом, проблемы примерно те же, что и у «Generation П», но в несколько более легкой форме: не столько самоценный роман, сколько бесценный источник по истории русских 1990-х.
3. Жизнь насекомых (1993)
Наименее привязанный к актуальным реалиям, а потому наименее устаревший роман — или, вернее, роман в рассказах — Пелевина. Все его герои (узнаваемые человеческие типажи, равно характерные для любой эпохи, но в данном случае локализованные в начале 1990-х) имеют сразу две ипостаси: человеческую и членистоногую, насекомую, которые не противопоставлены друг другу, как у Кафки, но неразрывно связаны и дополняют друг друга. Мощный философский месседж и по-настоящему виртуозное исполнение.
2. KGBT+ (2022)
Возможно, выйди этот роман в любой другой год, его эффект был бы меньшим. Но в 2022 году история о «вбойщике» (аналог рэпера из недалекого будущего) c ником KGBT+, попавшем сначала в опасный переплет с участием международных гангстеров, а после — в «банку» (вслед за Transhumanism Inc. нынешний роман переносит нас в мир «цифрового бессмертия») — ровно то, что надо. Отчетливо узнаваемый, по-пелевински неоднозначный и в то же время, в отличие от многих других книг писателя, не грешащий утомительными самоповторами, KGBT+ выполняет три важнейшие функции, которые мы ищем в романе сегодня: развлекает, объединяет и морально поддерживает своих читателей.
1. Священная книга оборотня (2004)
Самый нежный, простой и печальный роман Виктора Пелевина, лишенный острой актуальности и потому почти неподвластный течению времени, а также с большим отрывом лучшая любовная история в его творчестве. Отношения главных героев — лисицы-оборотня по имени А Хули и «оборотня в погонах», молодого генерала ФСБ, — разворачиваются на фоне щемящего оскудения русской земли, распада привычного (хотя и далеко не безупречного) уклада. Лиричная, музыкальная (неслучайно к первому изданию прилагался диск с треками, звучащими в романе) и по-настоящему трогательная «Священная книга оборотня» — определенно лучший текст Виктора Пелевина с точки зрения литературного мастерства и в целом одна из сияющих вершин русской прозы ХХI века.

Подкаст "Предисловие". Галина Юзефович отвечает на ваши письма в финале сезона. Большой выпуск с книжными рекомендациями

А что читаете вы? В финале первого сезона Галина Юзефович комментирует ваши письма (мы получили десятки обстоятельных посланий, спасибо вам большое!) и советует еще несколько книг, которые стоит прочитать сегодня.

Рекомендации Галины Юзефович:

• «Последний дюйм», «Дипломат», Джеймс Олдридж
• «Забытое королевство», Петр Гуляр
• «Узкая дорога на дальний север», Ричард Флэнаган
• «Июнь», Дмитрий Быков (объявлен в России «иностранным агентом»)
• «Комментарий к роману Владимира Набокова „Дар“», Александр Долинин
• «Двоица», Максим Сонин
• «Былое и думы», Александр Герцен
• «Записки революционера», Петр Кропоткин
• «Соборяне», Николай Лесков
• «ГУЛАГ», Энн Эпплбаум
• «Каменные клены», Лена Элтанг
• «Занимательная Греция», Михаил Гаспаров
• «Дафнис и Хлоя», Лонг
• «Царь Эдип», Софокл (в переводе Сергея Шервинского)
• «История», Фукидид
• «Ахейский цикл», Генри Лайон Олди
• «Безмолвие девушек», Пэт Баркер
• «Институт», Стивен Кинг
• «Талисман», Стивен Кинг и Питер Страуб
• «Средний пол», «Свадебный сюжет», Джеффри Евгенидис
• «Дневник Анны Франк. Графическая версия», Ари Фольман, Дэвид Полонски
• «Зимний солдат», Дэниел Мейсон

Из ваших писем мы составили длинный (очень длинный — более 60 книг) список литературы, с которой вы переживаете эти темные времена и которые могут помочь другим слушателям.

• «Путешествие на берег Маклая», Николай Миклухо-Маклай
• «Антихрист. Петр и Алексей», Дмитрий Мережковский
• «Наследники», Уильям Голдинг
• «Ведьмак», Анджей Сапковски
• «Линкольн в бардо», Джордж Сондерс
• «Убиты под Москвой», Константин Воробьев
• «Горы и оружие», Джеймс Олдридж
• «История одного города», Михаил Салтыков-Щедрин
• «Печальный детектив», Виктор Астафьев
• «Песнь льда и пламени», Джордж Мартин
• «Эффект Люцифера» Филип Зимбардо
• «Роман А.С. Пушкина „Евгений Онегин“. Комментарий», Юрий Лотман
• «Лето в пионерском галстуке», Катерина Сильванова, Елена Малисова
• «Сорока-воровка», Александр Герцен
• «Дети подземелья» и «История моего современника», Виктор Короленко
• «Радин», Лена Элтанг
• «Мистер Мерседес», Стивен Кинг
• «Благоволительницы», Джонатан Литтел
• «Одиссея», Гомер
• «Золотой осел», Апулей
• «Цирцея» Мадлен Миллер
• «Пенелопиада», Маргарет Этвуд
• «Перекрестки», Джонатан Франзен
• «Мир глазами Гарпа», Джон Ирвинг
• «Дерево растет в Бруклине», Бетти Смит
• «Я прятала Анну Франк», Мип Гиз
• «Время жить и время умирать», Эрих Мария Ремарк
• «Мой друг Адольф, мой враг Гитлер», Эрнст Ханфштангль
• «ФСБ взрывает Россию», Юрий Фельштинский и Александр Литвиненко
• «All that I am», Анна Фандер
• «И при чем здесь я?», Саша Баттьяни
• «Вся кремлевская рать» Михаил Зыгарь
• «Байки кремлевского диггера», Елена Трегубова
• «Сказать жизни „Да!“» Виктор Франкл
• «Неудобное прошлое», Николай Эппле
• «Форпост. Беслан и его заложники», Ольга Алленова
• «Метель», «День опричника», «Теллурия», Владимир Сорокин
• «Саша, привет!» Дмитрий Данилов
• «Даниэль Штайн, переводчик», Людмила Улицкая
• «В открытое небо», Антонио Итурбе
• «Тайная история», Донна Тартт 
• «Все мои ребята», Рут Кокер Беркс
• «Сказки», Билл Уиллингхэм
• «Краткая история Европы», Саймон Дженкинс
• «Погребенный великан», Кадзуо Исигуро
• «Ход царем», Илья Жегулев
• «Пост», «Метро 2033», Дмитрий Глуховский
• «Кысь», Татьяна Толстая
• «Поколение постпамяти: Письмо и визуальная культура после Холокоста», Марианна Хирш
• «Семья Опперман», Лион Фейхтвангер
• «Силы бессильных», Вацлав Гавел
• «Детство», «Юность», «Зависимость», Тове Дитлевсен
• «Осень патриарха», Габриель Гарсиа Маркес
• «Камень, ножницы, бумага», Инес Гарланд
• «Мое пристрастие к Диккенсу», Нелли Морозова
• «Уход в лес», Эрнст Юнгер
• «Время красивых людей», Елизавета Мусатова
• «Мои девяностые», Любовь Аркус
• «Зимняя война», Вяйнё Таннер

Подкаст "Предисловие". Разбираем «Горе от ума» — самиздат XIX века, который за двести лет совсем не устарел

Комедия Александра Грибоедова «Горе от ума» — одно из основных произведений школьной программы. Как оно воспринимается сегодня?
Книжный обозреватель «Медузы» Галина Юзефович и учитель литературы Александр Серапионов уверены: за двести лет «Горе от ума» совсем не устарело. Ведущие перечитали комедию — и в этом эпизоде «Предисловия» рассказывают, почему она до сих пор остается живой, смешной и, главное, созвучной нам сегодня. А еще находят в «Горе от ума» троллинг и буллинг и пытаются понять, почему Грибоедов больше не написал ничего выдающегося.
Что почитать:

«Смерть Вазир-Мухтара», Юрий Тынянов
«Беседы о русской культуре», Юрий Лотман
«Эмма», Джейн Остин
«Горе от ума. Графический путеводитель», Алексей Олейников, Наталья Аверьянова
«Морфо Евгения», Антония Байетт
«Апология сумасшедшего», Петр Чаадаев
Внимание: в цитате Пушкина в этом выпуске есть ненормативная лексика. Если для вас это неприемлемо, послушайте другой эпизод «Предисловия» — о Лермонтове. Или дождитесь следующего выпуска — о пушкинской «Капитанской дочке».
🎙 Подписывайтесь на «Предисловие», мы есть на всех основных платформах для подкастов. Пожелания, комментарии и вопросы присылайте на почту podcasts@meduza.io.

Подкаст "Предисловие". Зачем «Слово о полку Игореве» в восьмом классе? И почему этот текст о войне стоит перечитать сейчас?

 https://www.youtube.com/watch?v=x3-vL9OwjGE

Книжный обозреватель Галина Юзефович и учитель литературы Александр Серапионов в этом эпизоде «Предисловия» говорят о самом непонятном тексте школьной программы — «Слове о полку Игореве». Как вообще понять, что происходит в книге? Зачем проходить «Слово» в восьмом классе? И как сделать произведение интересным для нынешних школьников — ставить песни «Аукцыона» и Басты?

Что почитать и послушать:

«Дети Хурина», Дж. Р.Р. Толкин
«„Слово о полку Игореве“: взгляд лингвиста», Андрей Зализняк
«Сердце Пармы», Алексей Иванов
«Всадники», Виктор Соснора
«Похищение быка из Куальнге», ирландский эпос
«Мотыльки», Леонид Федоров, Владимир Волков («Аукцыон»)

Подкаст "Предисловие". «Герой нашего времени» сегодня читается как колониальный роман об абьюзере и расисте. Неужели?

 https://www.youtube.com/watch?v=APRk-p6pn-k

Второй сезон «Предисловия» — о русской классике из школьной программы. Во втором эпизоде обозреватель «Медузы» Галина Юзефович и преподаватель литературы Александр Серапионов с удивлением перечитывают «Героя нашего времени» Михаила Лермонтова. Вся книга оказывается постмодернистским колониальным романом, а главный герой Печорин напоминает маньяков из произведений Ю Несбе. Так что же такое «Герой нашего времени» — неприятная книга об абьюзе, ксенофобии и дискриминации? А как же романтизм, о котором нам говорили в школе? За что сегодня можно любить роман Лермонтова? 

 Что еще почитать: 

— «Денди», Ольга Вайнштейн 

— «О психологической прозе», Лидия Гинзбург 

— «Всех ожидает одна ночь» («Записки Ларионова»), Михаил Шишкин 

— «Герои классики. Продленка для взрослых», Александр Архангельский 

— «Заххок», Владимир Медведев 

— «Доктор Живаго», Борис Пастернак

Подкаст "Предисловие". Как проза Петрушевской и Улицкой помогает во время войны? Рассказывает писательница Наринэ Абгарян

 https://www.youtube.com/watch?v=g16VvwpGkKE&list=PLFfHPVoMQkB5-UovlcVFl5MNgQB00MOJ2&index=6

Как найти объяснение происходящему ужасу и хаосу в современной художественной литературе на русском языке? Чем тяжелая проза Людмилы Петрушевской может помочь сейчас? Зачем читать хорроры Дарьи Бобылевой, когда и так страшно? Как война сломала культурное пространство и как литература поможет нам договориться? В этом выпуске «Предисловия» автор «Манюни» и других книг для детей и взрослых Наринэ Абгарян рассказывает Галине Юзефович, что она читает во время войны. А также признается, что ищет смыслы не только в литературе, но и в кино: писательница смотрит фильмы датского режиссера Карла Теодора Дрейера. 

Рекомендации Наринэ Абгарян: 

— «Девочки», Людмила Улицкая 

— «Душа моя Павел», Алексей Варламов 

— «Павел Чжан и прочие речные твари», Вера Богданова 

— «Риф», Алексей Поляринов

 — «Вьюрки», Дарья Бобылева 

— «Время ночь», Людмила Петрушевская 

Рекомендация Галины Юзефович: 

— «Дальше жить», Наринэ Абгарян

Подкаст "Предисловие". Писатель Леонид Юзефович — о параллелях с нынешней войной в книгах Милана Кундеры и Чеслава Милоша

 https://www.youtube.com/watch?v=etjXHdAgN-M&list=PLFfHPVoMQkB5-UovlcVFl5MNgQB00MOJ2&index=9

Писатель Леонид Юзефович в новом выпуске подкаста «Предисловие» рассказывает, почему сейчас перечитывает Милана Кундеру и Чеслава Милоша и какие аналогии с происходящим сейчас у них находит. Какие книги восточноевропейских писателей перекликаются с событиями войны в Украине? Уезжать или оставаться — как отвечают на этот вопрос герои «Невыносимой легкости бытия»? Почему мы теперь возвращаемся к книгам, которые уже читали десять-двадцать лет назад? 

🤝 Точка — банк, который поддерживает предпринимателей. Открыть счет — https://bit.ly/3Nsc0qE 🤝 Рекомендации Леонида Юзефовича:

 — «Родная Европа», Чеслав Милош 

— «Невыносимая легкость бытия», Милан Кундера 

Рекомендации Галины Юзефович: 

— «История одного немца. Частный человек против тысячелетнего рейха», Себастьян Хафнер 

— «Долина Иссы», Чеслав Милош