Показаны сообщения с ярлыком Закон об образовании. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком Закон об образовании. Показать все сообщения
четверг, 30 июня 2022 г.
понедельник, 14 июня 2021 г.
пятница, 9 августа 2019 г.
воскресенье, 27 мая 2018 г.
воскресенье, 17 июля 2016 г.
пятница, 5 июня 2015 г.
воскресенье, 17 ноября 2013 г.
"Ни в одной развитой стране мира нет инструмента повторного обучения в одном классе"
Источник
13 ноября 2013 г.
13 ноября 2013 г.
Школы сохранят финансирование с помощью двоечников
В Минобрнауки разработан проект приказа, который позволит переходить в следующий класс с несколькими хвостами, а 9-классникам оставаться на второй год
Российские школьники смогут переходить в следующий класс, имея в дневнике несколько двоек. Сейчас такой перевод по окончании учебного года возможен при наличии только одной неудовлетворительной оценки. Причиной изменения правил стали подготовка к переходу на новую систему оплаты труда преподавателей и подушевое финансирование школ — финансирование станет зависеть от количества учащихся и их успеваемости. Соответствующий приказ будет подписан главой Минобразования Дмитрием Ливановым до конца года.
О смягчении правил перевода учеников в следующий класс по окончании учебного года «Известия» узнали из проекта приказа «О внесении изменений в Порядок организации образовательной деятельности» (есть в распоряжении редакции). Согласно документу, «учащиеся, не прошедшие промежуточной аттестации или имеющие неудовлетворительные результаты по одному или нескольким предметам, переводятся в следующий класс условно».
Согласно действующим правилам, такой перевод был возможен только для учащихся, имеющих неудовлетворительную оценку только по одному из предметов.
— Планируется переводить учащихся в следующий класс условно с неудовлетворительными результатами промежуточной аттестации по нескольким учебным предметам. Минобрнауки приводит Порядок в соответствие с нормами нового закона об образовании, — пояснили «Известиям» в ведомстве.
Кроме того, согласно имеющемуся в распоряжении «Известий» проекту документа, второй шанс получат ученики 9-х классов, сдавшие на два государственную итоговую аттестацию (ГИА). Сегодняшние правила гласят, что ученик, проваливший итоговую аттестацию, отчисляется из учебного заведения со справкой об обучении. Теперь, по желанию родителей, ребенка можно будет оставить в школе на второй год.
Смягчение правил обучения для двоечников в Минобрнауки объяснили так:
— Считаем, что возможность остаться на повторное обучение в данном случае поможет ребенку, как говорится, не оказаться на улице. При этом за обучающимися и их родителями сохраняется право получить справку об обучении и покинуть образовательную организацию.
Источник в министерстве добавил, что это связано с переводом школ к системе «высших учебных заведений» — когда обучающийся может переходить на следующий курс с несколькими хвостами по несданным предметам с условием их закрытия в определенный срок.
Как ранее сообщали «Известия», Минобрнауки совместно с Министерством труда направило в субъекты РФ распоряжение по разработке показателей эффективности образовательных учреждений. Эти показатели будут влиять на распределение грантов, предоставляемых школам, и формирование надбавочной части зарплаты преподавателей, а именно ее процентной или стимулирующей части. Она будет формироваться на основании нескольких показателей — реализации профильного обучения, результатов учеников, «сохранности контингента» (количество отчисленных).
Итоги ЕГЭ и ГИА (выпускного экзамена после 9-го класса) предлагается учитывать через особый критерий: отношение среднего балла 10% выпускников с лучшими результатами и к 10% — с худшими. Также будут учитываться более мелкие заслуги преподавателей и их абитуриентов, такие как участие в олимпиадах, составление учебных проектов и так далее. Как именно станет считаться надбавочная составляющая, сейчас обсуждают в Минтруда.
Эксперты, опрошенные «Известиями», связывают предложенные Минобрнауки изменения именно с финансовой составляющей, которая появится в системе общего образования в 2015 году.
— Фактически это можно назвать провокацией на «процентоманию». Есть же зависимость различных поощрений от показателей работы педагога. Как у учителей, так и у школы. Эта такая лазейка, чтобы завышать показатели с целью сохранения финансовой составляющей, — говорит научный руководитель института проблем образовательной политики «Эврика» Александр Адамский.
Он также отметил, что перевод ученика с большим количеством двоек является неоправданным риском, не воспитывающим у ребенка чувства ответственности и страха перед отчислением.
— Здесь, кроме финансового обоснования, я более ничего не вижу. С переходом на подушевое финансирование школ преподаватели и директоры будут стараться удержать учащихся в своих стенах для сохранения финансовой составляющей, — соглашается сопредседатель межрегионального профсоюза преподавателей Андрей Демидов.
Научный руководитель Института образования национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» Исак Фрумин связывает послабления и с увеличением количества неудовлетворительных оценок.
— Количество двоек в школе возросло. Это связано с вводом ЕГЭ. Если преподаватель будет ставить фиктивные оценки ученику, то всё это выяснится на ЕГЭ, когда тот получит двойку. Тем самым учителя в первую очередь подставляют самих себя, — говорит Фрумин.
При этом эксперт считает справедливой возможность остаться на второй год для 9-классников, но при этом отмечает, что от самой системы «второгодничества» надо избавляться:
— Ни в одной развитой стране мира нет инструмента повторного обучения в одном классе. Это всё странные пережитки дореволюционной России.
В Минобрнауки разработан проект приказа, который позволит переходить в следующий класс с несколькими хвостами, а 9-классникам оставаться на второй год
Российские школьники смогут переходить в следующий класс, имея в дневнике несколько двоек. Сейчас такой перевод по окончании учебного года возможен при наличии только одной неудовлетворительной оценки. Причиной изменения правил стали подготовка к переходу на новую систему оплаты труда преподавателей и подушевое финансирование школ — финансирование станет зависеть от количества учащихся и их успеваемости. Соответствующий приказ будет подписан главой Минобразования Дмитрием Ливановым до конца года.
О смягчении правил перевода учеников в следующий класс по окончании учебного года «Известия» узнали из проекта приказа «О внесении изменений в Порядок организации образовательной деятельности» (есть в распоряжении редакции). Согласно документу, «учащиеся, не прошедшие промежуточной аттестации или имеющие неудовлетворительные результаты по одному или нескольким предметам, переводятся в следующий класс условно».
Согласно действующим правилам, такой перевод был возможен только для учащихся, имеющих неудовлетворительную оценку только по одному из предметов.
— Планируется переводить учащихся в следующий класс условно с неудовлетворительными результатами промежуточной аттестации по нескольким учебным предметам. Минобрнауки приводит Порядок в соответствие с нормами нового закона об образовании, — пояснили «Известиям» в ведомстве.
Кроме того, согласно имеющемуся в распоряжении «Известий» проекту документа, второй шанс получат ученики 9-х классов, сдавшие на два государственную итоговую аттестацию (ГИА). Сегодняшние правила гласят, что ученик, проваливший итоговую аттестацию, отчисляется из учебного заведения со справкой об обучении. Теперь, по желанию родителей, ребенка можно будет оставить в школе на второй год.
Смягчение правил обучения для двоечников в Минобрнауки объяснили так:
— Считаем, что возможность остаться на повторное обучение в данном случае поможет ребенку, как говорится, не оказаться на улице. При этом за обучающимися и их родителями сохраняется право получить справку об обучении и покинуть образовательную организацию.
Источник в министерстве добавил, что это связано с переводом школ к системе «высших учебных заведений» — когда обучающийся может переходить на следующий курс с несколькими хвостами по несданным предметам с условием их закрытия в определенный срок.
Как ранее сообщали «Известия», Минобрнауки совместно с Министерством труда направило в субъекты РФ распоряжение по разработке показателей эффективности образовательных учреждений. Эти показатели будут влиять на распределение грантов, предоставляемых школам, и формирование надбавочной части зарплаты преподавателей, а именно ее процентной или стимулирующей части. Она будет формироваться на основании нескольких показателей — реализации профильного обучения, результатов учеников, «сохранности контингента» (количество отчисленных).
Итоги ЕГЭ и ГИА (выпускного экзамена после 9-го класса) предлагается учитывать через особый критерий: отношение среднего балла 10% выпускников с лучшими результатами и к 10% — с худшими. Также будут учитываться более мелкие заслуги преподавателей и их абитуриентов, такие как участие в олимпиадах, составление учебных проектов и так далее. Как именно станет считаться надбавочная составляющая, сейчас обсуждают в Минтруда.
Эксперты, опрошенные «Известиями», связывают предложенные Минобрнауки изменения именно с финансовой составляющей, которая появится в системе общего образования в 2015 году.
— Фактически это можно назвать провокацией на «процентоманию». Есть же зависимость различных поощрений от показателей работы педагога. Как у учителей, так и у школы. Эта такая лазейка, чтобы завышать показатели с целью сохранения финансовой составляющей, — говорит научный руководитель института проблем образовательной политики «Эврика» Александр Адамский.
Он также отметил, что перевод ученика с большим количеством двоек является неоправданным риском, не воспитывающим у ребенка чувства ответственности и страха перед отчислением.
— Здесь, кроме финансового обоснования, я более ничего не вижу. С переходом на подушевое финансирование школ преподаватели и директоры будут стараться удержать учащихся в своих стенах для сохранения финансовой составляющей, — соглашается сопредседатель межрегионального профсоюза преподавателей Андрей Демидов.
Научный руководитель Института образования национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» Исак Фрумин связывает послабления и с увеличением количества неудовлетворительных оценок.
— Количество двоек в школе возросло. Это связано с вводом ЕГЭ. Если преподаватель будет ставить фиктивные оценки ученику, то всё это выяснится на ЕГЭ, когда тот получит двойку. Тем самым учителя в первую очередь подставляют самих себя, — говорит Фрумин.
При этом эксперт считает справедливой возможность остаться на второй год для 9-классников, но при этом отмечает, что от самой системы «второгодничества» надо избавляться:
— Ни в одной развитой стране мира нет инструмента повторного обучения в одном классе. Это всё странные пережитки дореволюционной России.
Проект Минобрнауки о продолжении образования неуспевающих школьников
Источник
МОСКВА, 13 ноя — РИА Новости. Школьники с двойками по итогам учебного года, переведенные в следующий класс, но не пересдавшие предметы, смогут продолжить образование по специальной программе или индивидуальному учебному плану, рассказала в среду РИА Новости пресс-секретарь министра образования и науки РФ, директор департамента Анна Усачева.
"В соответствии с ФЗ "Об образовании в РФ" предусмотрено, что школьника перевести в следующий класс можно с одной и более двойками. При этом школа получила полномочия самостоятельно устанавливать количество этих задолженностей, также ей передано право, определять сроки пересдачи. Эта норма реализует права неуспевающих школьников на получение бесплатного образования, с учетом их индивидуальных особенностей, а также обстоятельств, по которым ученик получил двойки (болезнь и другие объективные причины)", — отметила Усачева.
Также она добавила, что проект приказа Минобрнауки, касающийся этого нововведения, опубликован для общественного обсуждения в рамках Открытого правительства. Этими поправками министерство образования и науки приводит образовательный процесс в соответствие с нормами Федерального закона, сказала Усачева.
При этом она обратила особенное внимание, что перевод в следующий класс весьма условный. Если ребенок по истечении срока пересдачи "не закрыл свои хвосты", он может быть оставлен на второй год либо может продолжить обучение по адаптированной образовательной программе, которая составляется с участием психологов и, возможно, медработников, либо ему будет предложено обучение по индивидуальному учебному плану.
Минобрнауки вынесло на обсуждение проект о продолжении образования неуспевающих школьников, сообщает «Интерфакс». Всего учащимся предложат три варианта обучения.
Министерство хочет вести для неуспевающих учеников возможность остаться на «второй год», выбрать индивидуальный учебный план, либо адаптированную образовательную программу.
Отмечается, что школьники должны «реализовать свое право на получение бесплатного образования с учетом индивидуальных особенностей». Кроме того, проект учитывает обстоятельства, которые могут быть связаны с несвоевременной аттестацией.
Проект пройдет обсуждение в рамках «открытого правительства».
Ранее стало известно, что для школ могут разработать программу по межнациональным вопросам, чтобы снизить число межнациональных конфликтов.
ИсточникМОСКВА, 13 ноя — РИА Новости. Школьники с двойками по итогам учебного года, переведенные в следующий класс, но не пересдавшие предметы, смогут продолжить образование по специальной программе или индивидуальному учебному плану, рассказала в среду РИА Новости пресс-секретарь министра образования и науки РФ, директор департамента Анна Усачева.
"В соответствии с ФЗ "Об образовании в РФ" предусмотрено, что школьника перевести в следующий класс можно с одной и более двойками. При этом школа получила полномочия самостоятельно устанавливать количество этих задолженностей, также ей передано право, определять сроки пересдачи. Эта норма реализует права неуспевающих школьников на получение бесплатного образования, с учетом их индивидуальных особенностей, а также обстоятельств, по которым ученик получил двойки (болезнь и другие объективные причины)", — отметила Усачева.
Также она добавила, что проект приказа Минобрнауки, касающийся этого нововведения, опубликован для общественного обсуждения в рамках Открытого правительства. Этими поправками министерство образования и науки приводит образовательный процесс в соответствие с нормами Федерального закона, сказала Усачева.
"Особенность новой нормы заключается в том, что
отстающего ученика государство не бросит, а сделает все возможное,
для того, чтобы он получил образование с учетом своих индивидуальных
особенностей", — сказала пресс-секретарь.
При этом она обратила особенное внимание, что перевод в следующий класс весьма условный. Если ребенок по истечении срока пересдачи "не закрыл свои хвосты", он может быть оставлен на второй год либо может продолжить обучение по адаптированной образовательной программе, которая составляется с участием психологов и, возможно, медработников, либо ему будет предложено обучение по индивидуальному учебному плану.
среда, 9 октября 2013 г.
воскресенье, 8 сентября 2013 г.
Рустам Курбатов: "Глупая мечта учителя - писать в журнале то, что делаешь на уроке"
Источник
Рустам Курбатов
Есть у меня мечта, глупая мечта учителя: писать в журнале то, что делаешь на уроке. Так я понимаю школьную свободу.
Опытные учителя ухмыльнутся. «И так, - скажут, - всегда делали, что хотели, журнал – для проверяющего, а на уроке кто проверит?» Но хочется все-таки по правде.
Задался я вопросом: а дает ли новый Закон об образовании, который вступил в силу неделю назад, хоть немножко свободы и возможности работать «по правде»?
Пошел я искать правду.
Попал случайно на совещание в Министерстве образования и послушал разработчиков закона: Школа сама утверждает учебный план, составляет программы; индивидуальный подход, право выбора… Что-то опять встрепенулось во мне, будто повеяло вдруг весною. Подумал: неужели… Исторический шанс - нельзя упустить.
Попытался разобраться в документе. Так вот: вместо прежней фразы: «школа работает по программам, составленным на основе…» - другая формулировка. «По программам, составленным с учетом примерных программ, утвержденных министерством».
Вместо «на основе» - «с учетом». Разработчики пояснили: «Эта формулировка – результат нашей двухлетней борьбы. Теперь каждая школа может писать свою программу, инспектор бессилен, и только покуратура может разобраться, написана программа с учетом или без учета». Я не боюсь прокуратуры, но все же…
Закон об образовании определяет, что вся внутренняя жизнь школы регламентируется документом, который называется «Образовательная программа школы». Это своего рода Конституция школы. Мы пишем правильную, хорошую Конституцию и живем по ней, и сами составляем программы, выбираем учебники… Свобода.
И вот, мы начали писать эту «Образовательную программу» - документ страниц на сто - сто пятьдесят: о метапредметных компетенциях, личностно-деятельностном подходе, ожидаемых результатах реализации… Наш завуч начальной школы, по которой модернизация прошлась в первую очередь, стала забывать имена детей, а однажды оставила тетради для контрольных работ в ячейке супермакета. На составление этого документа у нее ушло без малого год.
Представляется, что только узкая группа избранных, изучивших методологический язык современных управленцев, в состоянии написать такую программу. А ведь какая хорошая была идея: каждая школа пишет свою конституцию и живет по ней.
Подведем итоги: по новому Закону мы свободны разрабатывать и утверждать программы курсов. Если мы овладеем языком управленцев и напишем на нем основной закон школы. И, второе «если» - если инспектор, а в последующем – прокурор, не найдет, противоречий между в системе внутреннего школьного законодательства. Прокурор не так страшен – а вот инспектор… Он обязательно что-нибудь найдет.
Мы, в нашей школе, не решили еще для себя: писать или нет эту «конституцию». Но, уверен, подавляющее большинство школ никаких основных законов для себя разрабатывать не будет, а пойдет по верному и проторенному пути: все распечатают и отксерят.
Не знаю, как дела обстоят в других странах, знаком только с французским опытом. У французов школа тоже пишет свою «конституцию» перед началом года – называется этот документ «Проект школы», небольшой, страницы на две-три и очень просто написанный.
***
«Закон об образовании», который вступает в силу 1 сентября 2013 года, дает школам невиданные доселе права и свободы. Не превратился бы он в ту самую Конституцию, по которой наша жизнь стала легче и веселее.
Есть у меня мечта, глупая мечта учителя: писать в журнале то, что делаешь на уроке. Так я понимаю школьную свободу.
Опытные учителя ухмыльнутся. «И так, - скажут, - всегда делали, что хотели, журнал – для проверяющего, а на уроке кто проверит?» Но хочется все-таки по правде.
Задался я вопросом: а дает ли новый Закон об образовании, который вступил в силу неделю назад, хоть немножко свободы и возможности работать «по правде»?
Пошел я искать правду.
Попал случайно на совещание в Министерстве образования и послушал разработчиков закона: Школа сама утверждает учебный план, составляет программы; индивидуальный подход, право выбора… Что-то опять встрепенулось во мне, будто повеяло вдруг весною. Подумал: неужели… Исторический шанс - нельзя упустить.
Попытался разобраться в документе. Так вот: вместо прежней фразы: «школа работает по программам, составленным на основе…» - другая формулировка. «По программам, составленным с учетом примерных программ, утвержденных министерством».
Вместо «на основе» - «с учетом». Разработчики пояснили: «Эта формулировка – результат нашей двухлетней борьбы. Теперь каждая школа может писать свою программу, инспектор бессилен, и только покуратура может разобраться, написана программа с учетом или без учета». Я не боюсь прокуратуры, но все же…
Закон об образовании определяет, что вся внутренняя жизнь школы регламентируется документом, который называется «Образовательная программа школы». Это своего рода Конституция школы. Мы пишем правильную, хорошую Конституцию и живем по ней, и сами составляем программы, выбираем учебники… Свобода.
И вот, мы начали писать эту «Образовательную программу» - документ страниц на сто - сто пятьдесят: о метапредметных компетенциях, личностно-деятельностном подходе, ожидаемых результатах реализации… Наш завуч начальной школы, по которой модернизация прошлась в первую очередь, стала забывать имена детей, а однажды оставила тетради для контрольных работ в ячейке супермакета. На составление этого документа у нее ушло без малого год.
Представляется, что только узкая группа избранных, изучивших методологический язык современных управленцев, в состоянии написать такую программу. А ведь какая хорошая была идея: каждая школа пишет свою конституцию и живет по ней.
Подведем итоги: по новому Закону мы свободны разрабатывать и утверждать программы курсов. Если мы овладеем языком управленцев и напишем на нем основной закон школы. И, второе «если» - если инспектор, а в последующем – прокурор, не найдет, противоречий между в системе внутреннего школьного законодательства. Прокурор не так страшен – а вот инспектор… Он обязательно что-нибудь найдет.
Мы, в нашей школе, не решили еще для себя: писать или нет эту «конституцию». Но, уверен, подавляющее большинство школ никаких основных законов для себя разрабатывать не будет, а пойдет по верному и проторенному пути: все распечатают и отксерят.
Не знаю, как дела обстоят в других странах, знаком только с французским опытом. У французов школа тоже пишет свою «конституцию» перед началом года – называется этот документ «Проект школы», небольшой, страницы на две-три и очень просто написанный.
***
«Закон об образовании», который вступает в силу 1 сентября 2013 года, дает школам невиданные доселе права и свободы. Не превратился бы он в ту самую Конституцию, по которой наша жизнь стала легче и веселее.
"Надо остановить ручное управление школой из центра, обеспечить самостоятельность, а значит, и ответственность школьных коллективов"
Новая газета
С 1 сентября 2013 вступает в силу новый закон об образовании. Научный руководитель института проблем образовательной политики «Эврика», лидер отечественного инновационного образования Александр Адамский уверен, что этот закон сам по себе моментально не изменит школьную жизнь. Неужели будет как всегда: закон отдельно, а жизнь — отдельно? По понятиям? Налицо кризис муниципального учредительства школы, кризис ручного управления образованием. Об этом Александр Адамский рассказал корреспонденту «Новой» Людмиле Рыбиной.
С 1 сентября 2013 вступает в силу новый закон об образовании. Научный руководитель института проблем образовательной политики «Эврика», лидер отечественного инновационного образования Александр Адамский уверен, что этот закон сам по себе моментально не изменит школьную жизнь. Неужели будет как всегда: закон отдельно, а жизнь — отдельно? По понятиям? Налицо кризис муниципального учредительства школы, кризис ручного управления образованием. Об этом Александр Адамский рассказал корреспонденту «Новой» Людмиле Рыбиной.
пятница, 6 сентября 2013 г.
«Дети! Уйдите из школы – не мешайте новому закону об образовании»
Советская Россия
Олег Смолин
РАК В ЗАКОНЕ
1 сентября вступает в силу Федеральный закон от 29.12.2012 № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации».
Олег Смолин
РАК В ЗАКОНЕ
1 сентября вступает в силу Федеральный закон от 29.12.2012 № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации».
воскресенье, 14 апреля 2013 г.
Закон об "Образовании в РФ" впервые вводит обязанность учеников учиться
Учительская газета
Что изменится после введения нового закона "Об образовании в РФ"?
Ирина Абанкина, директор Института развития образования Национального исследовательского университета Высшая школа экономики: Закон об "Образовании в РФ" впервые вводит обязанность учеников учиться. Раньше у нас конституция обязывала (45 статья, пункт 5) родителей обеспечивать образование детей по обязательным уровням. Сегодня ученик сам несет обязанность за освоение основной образовательной программы того уровня, на который он зачислен.
Что изменится после введения нового закона "Об образовании в РФ"?
Ирина Абанкина, директор Института развития образования Национального исследовательского университета Высшая школа экономики: Закон об "Образовании в РФ" впервые вводит обязанность учеников учиться. Раньше у нас конституция обязывала (45 статья, пункт 5) родителей обеспечивать образование детей по обязательным уровням. Сегодня ученик сам несет обязанность за освоение основной образовательной программы того уровня, на который он зачислен.
четверг, 10 января 2013 г.
среда, 26 декабря 2012 г.
"То есть получается, что труд учителей гимназий и лицеев государство при новой системе оценивает дешевле, чем учителей обычных школ"
Алексей Сгибнев
Рубрика: Образование
2 декабря 2012 года появилось обращение учителей московских школ к руководству страны с просьбой защитить школы для детей с особыми образовательными потребностями [1]. За пять дней письмо набрало более 5000 подписей, в том числе его подписали более 100 кандидатов наук, около 30 докторов наук, академик и член-корреспондент РАН, академик РАО, много родителей детей-инвалидов. География подписантов — десятки городов от Архангельска до Кавказа, от Калининграда до Петропавловска Камчатского.
Основная мысль письма проста: школы должны быть разными, как и люди. Дети с особенными образовательными потребностями должны иметь гарантии от государства на их бесплатное обеспечение. Причиной появления письма стала новая фаза многолетней реформы образования. В декабре в Госдуме должно состояться второе чтение проекта «Закона об образовании в РФ» (точная дата пока не известна, из повестки дня 11 декабря она была убрана), в котором вообще нет упоминания о гимназиях и лицеях, а поддержка детей с ограниченными возможностями декларируется без какой-либо конкретики. Школы страны перешли на нормативно-подушевое финансирование, при котором все школы получают поровну денег за каждого ребенка. В Москве активно идет процесс слияния школ и детских садов, взят курс на создание безликих «образовательных холдингов» (которые уже прозвали колхозами).
Чиновники в ответ на критику нововведений обычно говорят: «Ничего не изменится, всё будет точно так же и даже лучше». Это не так. При подушевом финансировании за всех детей государство платит одинаково (скажем, за старшеклассников 120 тыс. руб. в год). Это значит, что если в гимназии учеников в группе меньше, то и денег на эту группу приходит меньше. Если в углубленной программе больше часов, то каждый час стоит дешевле. Поэтому без дополнительного финансирования, при сохранении небольших групп и бóльших часов зарплата учителей гимназий будет меньше, чем у учителя из соседней обычной школы: при сравнимом количестве работы (скажем аккуратно, поскольку, с одной стороны, детей и проверок тетрадей у них меньше, с другой — они не просто идут по учебнику, а готовят свои материалы и т.д.). То есть получается, что труд учителей гимназий и лицеев государство при новой системе оценивает дешевле, чем учителей обычных школ.
Говорят, что будут давать дополнительные деньги (госзадание) за углубленные программы, вот и оплата дополнительного труда. Но тогда спецшколы попадают в зависимость от расположения чиновника — дать или не дать дополнительный госзаказ, дать большой заказ или маленький. В таких условиях работа спецшколы становится нестабильной — нельзя то набирать учителей, то увольнять их в зависимости от финансирования. Школам нужны долгосрочная стабильность и разумная отчетность.
Так, Татьяна Мансурова на своем опыте работы в лицее при МГТУ им. Н.Э. Баумана в должности заместителя директора по учебной работе на 3-й ступени (10-11 классы) отмечает: «В последнее время особенно трудно было сохранить специфику обучения исодержание Учебного плана, так как сокращены часы на внеурочную деятельность,лекционные ставки; учителя, весьма квалифицированные специалисты, проигрывают взарплате учителям общеобразовательных школ, так как ведут занятия в группах, а не вполных классах; платные услуги стали приоритетными для части администрации какдополнительный источник финансирования, вплоть до того, что требовали освободитьаудитории, где проводились консультации, для платных курсов».
Алексей Сгибнев, кандидат физ.-мат. наук, зам. директора и заведующий кафедрой математики школы-интерната «Интеллектуал», лауреат грантов Москвы в области образования
Рубрика: Образование
2 декабря 2012 года появилось обращение учителей московских школ к руководству страны с просьбой защитить школы для детей с особыми образовательными потребностями [1]. За пять дней письмо набрало более 5000 подписей, в том числе его подписали более 100 кандидатов наук, около 30 докторов наук, академик и член-корреспондент РАН, академик РАО, много родителей детей-инвалидов. География подписантов — десятки городов от Архангельска до Кавказа, от Калининграда до Петропавловска Камчатского.
Основная мысль письма проста: школы должны быть разными, как и люди. Дети с особенными образовательными потребностями должны иметь гарантии от государства на их бесплатное обеспечение. Причиной появления письма стала новая фаза многолетней реформы образования. В декабре в Госдуме должно состояться второе чтение проекта «Закона об образовании в РФ» (точная дата пока не известна, из повестки дня 11 декабря она была убрана), в котором вообще нет упоминания о гимназиях и лицеях, а поддержка детей с ограниченными возможностями декларируется без какой-либо конкретики. Школы страны перешли на нормативно-подушевое финансирование, при котором все школы получают поровну денег за каждого ребенка. В Москве активно идет процесс слияния школ и детских садов, взят курс на создание безликих «образовательных холдингов» (которые уже прозвали колхозами).
Чиновники в ответ на критику нововведений обычно говорят: «Ничего не изменится, всё будет точно так же и даже лучше». Это не так. При подушевом финансировании за всех детей государство платит одинаково (скажем, за старшеклассников 120 тыс. руб. в год). Это значит, что если в гимназии учеников в группе меньше, то и денег на эту группу приходит меньше. Если в углубленной программе больше часов, то каждый час стоит дешевле. Поэтому без дополнительного финансирования, при сохранении небольших групп и бóльших часов зарплата учителей гимназий будет меньше, чем у учителя из соседней обычной школы: при сравнимом количестве работы (скажем аккуратно, поскольку, с одной стороны, детей и проверок тетрадей у них меньше, с другой — они не просто идут по учебнику, а готовят свои материалы и т.д.). То есть получается, что труд учителей гимназий и лицеев государство при новой системе оценивает дешевле, чем учителей обычных школ.
Говорят, что будут давать дополнительные деньги (госзадание) за углубленные программы, вот и оплата дополнительного труда. Но тогда спецшколы попадают в зависимость от расположения чиновника — дать или не дать дополнительный госзаказ, дать большой заказ или маленький. В таких условиях работа спецшколы становится нестабильной — нельзя то набирать учителей, то увольнять их в зависимости от финансирования. Школам нужны долгосрочная стабильность и разумная отчетность.
Так, Татьяна Мансурова на своем опыте работы в лицее при МГТУ им. Н.Э. Баумана в должности заместителя директора по учебной работе на 3-й ступени (10-11 классы) отмечает: «В последнее время особенно трудно было сохранить специфику обучения исодержание Учебного плана, так как сокращены часы на внеурочную деятельность,лекционные ставки; учителя, весьма квалифицированные специалисты, проигрывают взарплате учителям общеобразовательных школ, так как ведут занятия в группах, а не вполных классах; платные услуги стали приоритетными для части администрации какдополнительный источник финансирования, вплоть до того, что требовали освободитьаудитории, где проводились консультации, для платных курсов».
Алексей Сгибнев, кандидат физ.-мат. наук, зам. директора и заведующий кафедрой математики школы-интерната «Интеллектуал», лауреат грантов Москвы в области образования
суббота, 24 ноября 2012 г.
"Госпожа Простакова из фонвизинского «Недоросля» как раз обладала компетенциями: знала, где находятся нужные ей знания – у извозчика"
Интервью читать обязательно!
Нашего собеседника журналисты обычно терзают вопросами про Григория Перельмана и Станислава Смирнова – как он умудрился взрастить двух филдсовских лауреатов (такого никому в мире не удавалось) или как его ученики завоевали больше 80 медалей международных олимпиад, причем более 40 – золотые (непобитый в мире рекорд).
Но мы с Сергеем Евгеньевичем Рукшиным, заслуженным учителем России, доцентом РГПУ им. Герцена, заместителем директора физико-математического лицея № 239, автором более ста научных работ по педагогике, математике, техническим наукам, создателем и руководителем городского Центра для одаренных школьников, говорили о другом.
Фрагмент интервью
– Вы говорите: «направления реформ». Какие направления вас особенно нервируют?
– Первое. В их основании совершенно ложная посылка о том, что мы развиваем сферу образовательных услуг. Ставим образование в положение бедной замученной женщины легкого поведения, которая вынуждена навязывать свои услуги, чтобы как-то заработать на жизнь.
Образование – это категорически не услуга. Это системообразующий институт нации и государства. Гражданами России нас делает образование и воспитание, а не купленные услуги. Когда-то Бисмарк сказал, что франко-прусскую войну выиграл не прусский солдат, а прусский учитель, воспитавший прусского офицера, фельдфебеля, инженера и солдата.
Вопросы образования – это вопросы национальной безопасности. Путин поставил задачу: создать новую инновационную экономику. Но кто ее будет создавать? У нас растет количество техногенных катастроф, рушатся мосты, разрушаются электростанции, спутник «Фобос-грунт» не на грунте Марса, а на грунте Мирового океана.
Это связано с тем, что у нас недостаточно высококвалифицированных научно-технических кадров. Во многих отраслях опытным разработчикам больше 60 лет, а следующее поколение – мальчики 20 – 30 лет. Вместо серьезной работы в этом направлении мы учреждаем кафедры теологии в МИФИ и собираемся кропить ядерные реакторы святой водой.
Второе. Мы совершаем трагическую ошибку, говоря, что образование должно давать не знания, а компетенции, благодаря которым специалист будет знать, где нужные знания взять. Госпожа Простакова из фонвизинского «Недоросля» с ее «географию пусть извозчики знают» как раз обладала компетенциями: знала, где находятся нужные ей знания – у извозчика. А теперь представьте себе дежурного на атомной станции, который не обладает нужным знанием, а просто знает, где его взять. Или хирург у операционного стола, на котором лежит ваш ребенок! Не будет у него на это времени! Компетенции – это всего лишь дополнение к профессиональным знаниям и навыкам.
Третье. В новый закон мы вбиваем гвоздями все те глупости, которые были сделаны за 10 лет реформ. Более 60% населения не одобряют ЕГЭ, но он входит в закон. Нам говорили, что ЕГЭ будет введен только по результатам эксперимента, но они до сих пор не опубликованы. Заседание коллегии министерства называлось не «анализ эксперимента по ЕГЭ», а «анализ эксперимента по введению ЕГЭ». Непрерывная череда ежегодных скандалов, связанных с ЕГЭ, уже набила оскомину.
Четвертое. Стандарты. Вдумайтесь: предлагается профильное обучение в старших классах, но химия, физика и биология, необходимые в комплексе будущему медику или металлургу, – в разных профилях. Недостающее ему придется доучивать в вузе, и тем самым мы отсрочиваем подготовку специалистов.
Пятое. Переход на бакалавра-магистра. Бакалавр – это человек, который владеет только основами теоретических знаний. В качестве наиболее ядовитых последствий этих перемен сообщаю: в большом количестве педагогических вузов страны не будет специальности «учитель» – не будет учителей математики, физики и т. д. Будут бакалавры и магистры образования.
Шестое. Вузы. Только что прошел по стране скандал с оценкой эффективности вузов. Но среди критериев нет ни одного, который оценивал бы качество выпускников. Под сокращение пошли вузы, которые являются системообразующими в регионах. Какое бы «не блестящее» образование ни давала новокузнецкая педагогическая академия или барнаульский мединститут – именно такие вузы обеспечивают учителями и врачами большую часть территории России. Вы можете себе представить в отсутствие системы распределения выпускника московского сеченовского мединститута, который поедет в глухую деревню?
И все под фальшивым лозунгом «Неужели вы хотите, чтобы вашего ребенка лечил плохой врач или учил плохой учитель!». Прежде чем улучшать качество образования, мы рискуем оставить без учителей и врачей большую часть населения.
Седьмое. Наука. Совершенно не заботятся о малом наукоемком бизнесе. Весной прошлого года была внесена веселая поправка в Налоговый кодекс: если предприятие, на свои деньги развивающее науку, хочет получить налоговые льготы, оно должно подать в налоговую отчет с описанием своей интеллектуальной собственности. А налоговая имеет право передавать отчеты другим научным и техническим организациям для экспертизы. Хочешь льготу – сливай свои ноу-хау?!
Восьмое. Развал преподавательского и учительского корпуса. Обсуждается «стандарт учителя» – у нас что, других проблем нет, у нас огромная очередь желающих работать учителями? Помните, у Рязанова в фильме «Гараж» был персонаж жена Гуськова, которая постоянно стенала: «Почему опять Гуськов?!».
Проект стандарта учителя таков, что ему не может соответствовать никто. Учитель должен не только знать педагогику, психологию, методику, но и уметь работать с инвалидами в инклюзивном классе, с трудными подростками, с детьми, для которых русский не родной. Кроме того, чтобы получить первую и высшую категорию, он должен писать научные работы, учебники, защищать диссертации, выступать на научных конференциях. Это не задача учителя! Такие, как мой ученик и коллега директор лицея № 239 Максим Пратусевич, у которого все это есть, – скорее исключения. Но ведь достойными учителями могут быть и педагоги в школах на окраинах, где нет победителей международных олимпиад! Почему прежде не введут систему аттестации чиновников Минобра?!
Нашего собеседника журналисты обычно терзают вопросами про Григория Перельмана и Станислава Смирнова – как он умудрился взрастить двух филдсовских лауреатов (такого никому в мире не удавалось) или как его ученики завоевали больше 80 медалей международных олимпиад, причем более 40 – золотые (непобитый в мире рекорд).
Но мы с Сергеем Евгеньевичем Рукшиным, заслуженным учителем России, доцентом РГПУ им. Герцена, заместителем директора физико-математического лицея № 239, автором более ста научных работ по педагогике, математике, техническим наукам, создателем и руководителем городского Центра для одаренных школьников, говорили о другом.
Фрагмент интервью
– Вы говорите: «направления реформ». Какие направления вас особенно нервируют?
– Первое. В их основании совершенно ложная посылка о том, что мы развиваем сферу образовательных услуг. Ставим образование в положение бедной замученной женщины легкого поведения, которая вынуждена навязывать свои услуги, чтобы как-то заработать на жизнь.
Образование – это категорически не услуга. Это системообразующий институт нации и государства. Гражданами России нас делает образование и воспитание, а не купленные услуги. Когда-то Бисмарк сказал, что франко-прусскую войну выиграл не прусский солдат, а прусский учитель, воспитавший прусского офицера, фельдфебеля, инженера и солдата.
Вопросы образования – это вопросы национальной безопасности. Путин поставил задачу: создать новую инновационную экономику. Но кто ее будет создавать? У нас растет количество техногенных катастроф, рушатся мосты, разрушаются электростанции, спутник «Фобос-грунт» не на грунте Марса, а на грунте Мирового океана.
Это связано с тем, что у нас недостаточно высококвалифицированных научно-технических кадров. Во многих отраслях опытным разработчикам больше 60 лет, а следующее поколение – мальчики 20 – 30 лет. Вместо серьезной работы в этом направлении мы учреждаем кафедры теологии в МИФИ и собираемся кропить ядерные реакторы святой водой.
Второе. Мы совершаем трагическую ошибку, говоря, что образование должно давать не знания, а компетенции, благодаря которым специалист будет знать, где нужные знания взять. Госпожа Простакова из фонвизинского «Недоросля» с ее «географию пусть извозчики знают» как раз обладала компетенциями: знала, где находятся нужные ей знания – у извозчика. А теперь представьте себе дежурного на атомной станции, который не обладает нужным знанием, а просто знает, где его взять. Или хирург у операционного стола, на котором лежит ваш ребенок! Не будет у него на это времени! Компетенции – это всего лишь дополнение к профессиональным знаниям и навыкам.
Третье. В новый закон мы вбиваем гвоздями все те глупости, которые были сделаны за 10 лет реформ. Более 60% населения не одобряют ЕГЭ, но он входит в закон. Нам говорили, что ЕГЭ будет введен только по результатам эксперимента, но они до сих пор не опубликованы. Заседание коллегии министерства называлось не «анализ эксперимента по ЕГЭ», а «анализ эксперимента по введению ЕГЭ». Непрерывная череда ежегодных скандалов, связанных с ЕГЭ, уже набила оскомину.
Четвертое. Стандарты. Вдумайтесь: предлагается профильное обучение в старших классах, но химия, физика и биология, необходимые в комплексе будущему медику или металлургу, – в разных профилях. Недостающее ему придется доучивать в вузе, и тем самым мы отсрочиваем подготовку специалистов.
Пятое. Переход на бакалавра-магистра. Бакалавр – это человек, который владеет только основами теоретических знаний. В качестве наиболее ядовитых последствий этих перемен сообщаю: в большом количестве педагогических вузов страны не будет специальности «учитель» – не будет учителей математики, физики и т. д. Будут бакалавры и магистры образования.
Шестое. Вузы. Только что прошел по стране скандал с оценкой эффективности вузов. Но среди критериев нет ни одного, который оценивал бы качество выпускников. Под сокращение пошли вузы, которые являются системообразующими в регионах. Какое бы «не блестящее» образование ни давала новокузнецкая педагогическая академия или барнаульский мединститут – именно такие вузы обеспечивают учителями и врачами большую часть территории России. Вы можете себе представить в отсутствие системы распределения выпускника московского сеченовского мединститута, который поедет в глухую деревню?
И все под фальшивым лозунгом «Неужели вы хотите, чтобы вашего ребенка лечил плохой врач или учил плохой учитель!». Прежде чем улучшать качество образования, мы рискуем оставить без учителей и врачей большую часть населения.
Седьмое. Наука. Совершенно не заботятся о малом наукоемком бизнесе. Весной прошлого года была внесена веселая поправка в Налоговый кодекс: если предприятие, на свои деньги развивающее науку, хочет получить налоговые льготы, оно должно подать в налоговую отчет с описанием своей интеллектуальной собственности. А налоговая имеет право передавать отчеты другим научным и техническим организациям для экспертизы. Хочешь льготу – сливай свои ноу-хау?!
Восьмое. Развал преподавательского и учительского корпуса. Обсуждается «стандарт учителя» – у нас что, других проблем нет, у нас огромная очередь желающих работать учителями? Помните, у Рязанова в фильме «Гараж» был персонаж жена Гуськова, которая постоянно стенала: «Почему опять Гуськов?!».
Проект стандарта учителя таков, что ему не может соответствовать никто. Учитель должен не только знать педагогику, психологию, методику, но и уметь работать с инвалидами в инклюзивном классе, с трудными подростками, с детьми, для которых русский не родной. Кроме того, чтобы получить первую и высшую категорию, он должен писать научные работы, учебники, защищать диссертации, выступать на научных конференциях. Это не задача учителя! Такие, как мой ученик и коллега директор лицея № 239 Максим Пратусевич, у которого все это есть, – скорее исключения. Но ведь достойными учителями могут быть и педагоги в школах на окраинах, где нет победителей международных олимпиад! Почему прежде не введут систему аттестации чиновников Минобра?!
суббота, 10 ноября 2012 г.
Ирина Лукьянова "Из последней редакции Закона об образовании убрана даже компенсация педагогам за приобретаемую методлитературу (сто рублей в месяц)"
Новая газета
Ирина Лукьянова
10 ноября 2012 на площади Революции собирается санкционированный митинг против принятия нового Закона об образовании, который сейчас проходит через Госдуму. Кампанию против закона начали учителя, но к ним присоединяются родители, студенты, сотрудники вузов: новый закон ущемляет всех.
Новый закон нужен. Старый давно стал похож на лоскутное одеяло, весь в штопках и поправках. Новый закон должен учесть новые реалии образовательного процесса и международные обязательства России. Общество обсуждало закон три года, к нему прислали двадцать тысяч поправок. Был и альтернативный проект «О народном образовании», подготовленный депутатом Смолиным от КПРФ; на слушаниях в Госдуме он получил 200 депутатских голосов — практически все оппозиционное меньшинство; в первом чтении 17 октября был принят правительственный проект. Второе чтение, намеченное на 16 ноября, перенесено на декабрь из-за большого количества обращений в Думу. Но закон должен быть окончательно принят не позднее декабря, с тем чтобы с января 2013 года он вступил в силу.
Закон и подзаконные акты
Главная проблема нового закона — в том, что он последовательно переводит образование на коммерческие рельсы и сокращает количество государственных гарантий. Это нигде не заявлено напрямую, но четко прослеживается. Сам закон тщательно уходит от всяких финансовых обещаний — он ограничивается набором деклараций, а вся финансовая конкретика переводится на уровень подзаконных актов.
«Закон — это гарантия того, что обязательства будут выполнены: если есть закон, его надо выполнять, — говорит Андрей Демидов, сопредседатель профсоюза «Учитель» — организатора акции протеста 10 ноября. — А подзаконный акт можно перебить любым другим законом. Вот, например, Путин перед выборами распорядился повысить финансирование научных фондов. Но указ президента — подзаконный акт, а бюджет — это закон, и в нем президентские обещания не учтены. И так можно поступить с любым финансовым обязательством, если оно записано в подзаконном акте. Кроме того, если в законе не прописана система оплаты труда, то управление происходит в ручном режиме, и происходит плохо. Президент распорядился повысить зарплаты учителей — а как же воспитатели детсадов, педагоги дополнительного образования, сотрудники профтехучилищ, вузовские преподаватели? Повышение зарплат одной категории работников вызывает справедливое возмущение у другой категории».
Зарплаты
В новом Законе об образовании появилась было норма, требующая, чтобы зарплата педагогического работника была «не ниже средней заработной платы работников, занятых в сфере экономики субъекта Российской Федерации, на территории которого расположена соответствующая образовательная организация (ее филиал)», но впоследствии была вымарана Минфином. Но даже если бы эта норма и осталась, она все равно глупая: средняя зарплата учителя складывается из высоких зарплат школьного руководства и учительских — оплаченной по низкой ставке переработки: дополнительные часы, лишние полставки, классное руководство, кружки и факультативы и т.п. Норма была бы работающей, если ее привязать к учительской ставке, но она выпала даже и в прежней версии. Из последней редакции закона убраны даже компенсация педагогам за приобретаемую методлитературу (сто рублей в месяц) и компенсация оплаты ЖКХ для сельских учителей (впрочем, председатель Комитета Госдумы по образованию Александр Дегтярев обещал эту льготу вернуть). Зарплата и условия труда вузовского преподавателя в законе вообще никак не регламентированы: что-то определяют подзаконные акты, а что-то руководство вуза, которое вполне может обязать профессора работать по максимуму и получать по минимуму.
Детсады
Родителей, однако, тревожит не столько преподавательская зарплата, сколько удары, которые новый закон наносит по семейному бюджету. Первый удар — это детские сады. В детских садах теперь разграничивается обучение и «присмотр и уход», который становится необязательным и за который муниципалитет может назначать плату по своему усмотрению. Сейчас еще действует норма, по которой эта плата ограничена 20% (а для многодетных —10%) от стоимости услуг по присмотру и уходу, но новый законопроект от этой нормы отказывается.
При этом муниципалитеты получают право отказывать ребенку в поступлении в детский сад из-за отсутствия свободных мест. Очередь в детские сады в России — 2 миллиона человек. Понятно, что новый закон позволяет справиться с очередями очень быстро и дешево, не построив ни одного нового детсада. Кирилл Дружинин, один из координаторов родительского движения «Российским детям — доступное дошкольное образование», говорит: «Общедоступность дошкольного образования до сих пор была основана на двух положениях: щадящем размере платы за детсад и невозможности отказать в предоставлении места. Новый законопроект убирает оба положения. В качестве альтернативы доступны группы краткосрочного содержания, но очередь стоит именно на группы полного дня: родителям надо работать». Новый закон лишает многодетные, малоимущие, неполные семьи, семьи без собственного жилья возможности отдать детей в детский сад, а матерей в них — возможности выйти на работу и вообще выжить: пособие на детей старше полутора лет сейчас составляет пятьдесят рублей в месяц.
Детсады до сих пор оставались важной возможностью социального выравнивания: даже если дома с ребенком не занимаются, не читают ему, не готовят его к школе — у него еще была возможность получить все это в детсаду; теперь такие дети могут до семи лет спокойно дичать дома.
По словам замминистра образования Натальи Третьяк, согласно законопроекту, дошкольное образование, которым пока ведают только муниципалитеты, частично возьмут в свое ведение более обеспеченные финансами субъекты Федерации, отчего «в детских садах увеличится количество мест, а также вырастет качество присмотра за детьми и их дошкольная подготовка». Кирилл Дружинин комментирует: «Это абсолютно пустое, необоснованное заявление. Гарантии органов власти субъектов Федерации распространяются только на образование; на эти цели на одного ребенка выделяется в среднем по стране 7700 рублей в год; основная часть оплаты — это именно присмотр и уход; в Мурманской области, например, это стоит 16 тысяч рублей в месяц».
Школы
В новом законе не выделяются никакие типы школ — предполагается, что в больших новых школах при подушевом финансировании можно будет выбрать любую образовательную траекторию. Все это ставит под вопрос судьбу небольших авторских школ, спецшкол, гимназий, лицеев — вообще всего, что отклоняется от стандарта большой массовой школы и не предполагает больших денег при подушевом финансировании.
До сих пор гимназии, лицеи и спецшколы были не столько элитной роскошью или заповедниками для особо одаренных, сколько относительно доступной для семей (тему коррупции трогать сейчас не будем) возможностью дать детям приличное образование. Теперь они будут называться просто школами; теоретически они могут сохранить свои программы, но практически им никто не даст на это денег; исход нововведения вполне предсказуем: что осталось — доломаем.
Под угрозой и школы надомного обучения для детей с ограниченными возможностями — до сих пор это была для них возможность очного общения с учителями и другими детьми; что будет с ними теперь — переведут на дистанционное обучение?
Под угрозой, хотя и другого свойства, — сельские школы: их раньше можно было закрыть только по решению сельского схода, а теперь — по решению «представительного органа».
Ирина Лукьянова
10 ноября 2012 на площади Революции собирается санкционированный митинг против принятия нового Закона об образовании, который сейчас проходит через Госдуму. Кампанию против закона начали учителя, но к ним присоединяются родители, студенты, сотрудники вузов: новый закон ущемляет всех.
Новый закон нужен. Старый давно стал похож на лоскутное одеяло, весь в штопках и поправках. Новый закон должен учесть новые реалии образовательного процесса и международные обязательства России. Общество обсуждало закон три года, к нему прислали двадцать тысяч поправок. Был и альтернативный проект «О народном образовании», подготовленный депутатом Смолиным от КПРФ; на слушаниях в Госдуме он получил 200 депутатских голосов — практически все оппозиционное меньшинство; в первом чтении 17 октября был принят правительственный проект. Второе чтение, намеченное на 16 ноября, перенесено на декабрь из-за большого количества обращений в Думу. Но закон должен быть окончательно принят не позднее декабря, с тем чтобы с января 2013 года он вступил в силу.
Закон и подзаконные акты
Главная проблема нового закона — в том, что он последовательно переводит образование на коммерческие рельсы и сокращает количество государственных гарантий. Это нигде не заявлено напрямую, но четко прослеживается. Сам закон тщательно уходит от всяких финансовых обещаний — он ограничивается набором деклараций, а вся финансовая конкретика переводится на уровень подзаконных актов.
«Закон — это гарантия того, что обязательства будут выполнены: если есть закон, его надо выполнять, — говорит Андрей Демидов, сопредседатель профсоюза «Учитель» — организатора акции протеста 10 ноября. — А подзаконный акт можно перебить любым другим законом. Вот, например, Путин перед выборами распорядился повысить финансирование научных фондов. Но указ президента — подзаконный акт, а бюджет — это закон, и в нем президентские обещания не учтены. И так можно поступить с любым финансовым обязательством, если оно записано в подзаконном акте. Кроме того, если в законе не прописана система оплаты труда, то управление происходит в ручном режиме, и происходит плохо. Президент распорядился повысить зарплаты учителей — а как же воспитатели детсадов, педагоги дополнительного образования, сотрудники профтехучилищ, вузовские преподаватели? Повышение зарплат одной категории работников вызывает справедливое возмущение у другой категории».
Зарплаты
В новом Законе об образовании появилась было норма, требующая, чтобы зарплата педагогического работника была «не ниже средней заработной платы работников, занятых в сфере экономики субъекта Российской Федерации, на территории которого расположена соответствующая образовательная организация (ее филиал)», но впоследствии была вымарана Минфином. Но даже если бы эта норма и осталась, она все равно глупая: средняя зарплата учителя складывается из высоких зарплат школьного руководства и учительских — оплаченной по низкой ставке переработки: дополнительные часы, лишние полставки, классное руководство, кружки и факультативы и т.п. Норма была бы работающей, если ее привязать к учительской ставке, но она выпала даже и в прежней версии. Из последней редакции закона убраны даже компенсация педагогам за приобретаемую методлитературу (сто рублей в месяц) и компенсация оплаты ЖКХ для сельских учителей (впрочем, председатель Комитета Госдумы по образованию Александр Дегтярев обещал эту льготу вернуть). Зарплата и условия труда вузовского преподавателя в законе вообще никак не регламентированы: что-то определяют подзаконные акты, а что-то руководство вуза, которое вполне может обязать профессора работать по максимуму и получать по минимуму.
Детсады
Родителей, однако, тревожит не столько преподавательская зарплата, сколько удары, которые новый закон наносит по семейному бюджету. Первый удар — это детские сады. В детских садах теперь разграничивается обучение и «присмотр и уход», который становится необязательным и за который муниципалитет может назначать плату по своему усмотрению. Сейчас еще действует норма, по которой эта плата ограничена 20% (а для многодетных —10%) от стоимости услуг по присмотру и уходу, но новый законопроект от этой нормы отказывается.
При этом муниципалитеты получают право отказывать ребенку в поступлении в детский сад из-за отсутствия свободных мест. Очередь в детские сады в России — 2 миллиона человек. Понятно, что новый закон позволяет справиться с очередями очень быстро и дешево, не построив ни одного нового детсада. Кирилл Дружинин, один из координаторов родительского движения «Российским детям — доступное дошкольное образование», говорит: «Общедоступность дошкольного образования до сих пор была основана на двух положениях: щадящем размере платы за детсад и невозможности отказать в предоставлении места. Новый законопроект убирает оба положения. В качестве альтернативы доступны группы краткосрочного содержания, но очередь стоит именно на группы полного дня: родителям надо работать». Новый закон лишает многодетные, малоимущие, неполные семьи, семьи без собственного жилья возможности отдать детей в детский сад, а матерей в них — возможности выйти на работу и вообще выжить: пособие на детей старше полутора лет сейчас составляет пятьдесят рублей в месяц.
Детсады до сих пор оставались важной возможностью социального выравнивания: даже если дома с ребенком не занимаются, не читают ему, не готовят его к школе — у него еще была возможность получить все это в детсаду; теперь такие дети могут до семи лет спокойно дичать дома.
По словам замминистра образования Натальи Третьяк, согласно законопроекту, дошкольное образование, которым пока ведают только муниципалитеты, частично возьмут в свое ведение более обеспеченные финансами субъекты Федерации, отчего «в детских садах увеличится количество мест, а также вырастет качество присмотра за детьми и их дошкольная подготовка». Кирилл Дружинин комментирует: «Это абсолютно пустое, необоснованное заявление. Гарантии органов власти субъектов Федерации распространяются только на образование; на эти цели на одного ребенка выделяется в среднем по стране 7700 рублей в год; основная часть оплаты — это именно присмотр и уход; в Мурманской области, например, это стоит 16 тысяч рублей в месяц».
Школы
В новом законе не выделяются никакие типы школ — предполагается, что в больших новых школах при подушевом финансировании можно будет выбрать любую образовательную траекторию. Все это ставит под вопрос судьбу небольших авторских школ, спецшкол, гимназий, лицеев — вообще всего, что отклоняется от стандарта большой массовой школы и не предполагает больших денег при подушевом финансировании.
До сих пор гимназии, лицеи и спецшколы были не столько элитной роскошью или заповедниками для особо одаренных, сколько относительно доступной для семей (тему коррупции трогать сейчас не будем) возможностью дать детям приличное образование. Теперь они будут называться просто школами; теоретически они могут сохранить свои программы, но практически им никто не даст на это денег; исход нововведения вполне предсказуем: что осталось — доломаем.
Под угрозой и школы надомного обучения для детей с ограниченными возможностями — до сих пор это была для них возможность очного общения с учителями и другими детьми; что будет с ними теперь — переведут на дистанционное обучение?
Под угрозой, хотя и другого свойства, — сельские школы: их раньше можно было закрыть только по решению сельского схода, а теперь — по решению «представительного органа».
Подписаться на:
Сообщения (Atom)