Мои эссе. Отзыв о книге Франсуа Тайяндье «Бальзак»

Отзыв о книге Франсуа Тайяндье «Бальзак»

      Сам Бог творил только шесть дней!

Оноре де Бальзак

      В 2005 году во Франции появилась книга современного писателя Франсуа Тайяндье «Бальзак». В 2013 году издательство «Молодая гвардия» в серии «Жизнь замечательных людей» опубликовало это произведение.

     Переводчик Владислав Зайцев задаёт вопрос в своей вступительной статье: «Сизиф или Прометей?»  Вспомним, Андре Моруа назвал Оноре де Бальзака Прометеем («Прометей, или Жизнь Бальзака»). Романист Ф.Тайяндье уподобляет великого соотечественника Сизифу.

     «Рассказ о жизни Бальзака – это рассказ о том, как человеку провинциального и скромного происхождения (частица «де» в его фамилии не даёт оснований для каких-либо иллюзий в этом отношении) удалось в своих многочисленных ярких и глубоких романах создать целый мир, отразить целую эпоху… О двадцатилетней битве, к концу которой он рухнул как подкошенный, чтобы уже не подняться, и, возможно, полагая, что не достиг цели, между тем как был близок к победе».

     В книге Тайяндье восемь глав и предисловие, она очень компактная. Несмотря на небольшой объём, автору удалось рассказать о жизни создателя «Человеческой комедии», о его ключевых текстах.

     В предисловии речь идёт о жанре романа. Роман со своими правилами (в современном представлении) существует со времён «Дон Кихота», «Робинзона Крузо», «Вильгельма Мейстера». Хронологически Бальзак не был первым французским романистом, но именно он входит в число «открывателей» этого жанра. По каким же причинам отождествляют литературный жанр с Бальзаком? Писатель создал новую модель романа. «Роман как картина общества со всеми классами, движущими им механизмами – это во многих отношениях изобретение Бальзака… Он был первым, кто выбрал сюжетом денежные дела, коммерцию, наследство». До Бальзака жанр романа считался второстепенным, его даже стыдились сами авторы. Творчество Бальзака «способствовало становлению романа как большого жанра».

      Бальзак хотел разбогатеть на ниве литературы, был прямым конкурентом Александра Дюма – старшего и Эжена Сю. Он желал видеть себя философом, добивался признания учёных мужей. Умер в 51 год. «Французское общество времён Реставрации и Луи Филиппа для нас не что иное, как то, что мы знаем о нём от Бальзака».

     В первой главе «Сын господина Бальса» повествуется о ближайших предках писателя, его первых годах жизни. Бальзак родился в 1799 году в городе Туре. Его отец после Революции сменил фамилию Бальса на де Бальзак, но к дворянскому сословию семья не относилась. Учился будущий романист в Вандомском коллеже ораторийцев (читайте «Луи Ламбера»). В 1813 году семья переезжает в Париж. Оноре заканчивает лицей имени Карла Великого, учится в Школе прав. В эти же годы Наполеон бежит из России, во Францию вступают российские войска. Но «идолом французов, особенно молодого поколения, всё ещё остаётся Наполеон». Юный Оноре мечтает о любви и славе.

     Последняя глава называется «Блеск и нищета» (сразу же вспоминается знаменитый роман писателя). «Сизиф. Жизнь Бальзака словно была отмечена печатью какого-то рокового проклятия, жестокого и простого, как сюжеты всех мифов». В марте 1850 года Оноре женился на Эвелине Ганской. Ждал он этого 18 лет, но верности, понятно, не хранил. В августе 1850 года Бальзак скончался (Ева пережила супруга на 32 года). Рукописи и письма великого писателя кредиторы выбросили на помойку, их подобрали лавочники в качестве упаковочной бумаги. К счастью, нашёлся коллекционер, который выкупил почти весь архив у местных лавочников. «Парижу не удалось прибрать к рукам то, что осталось от Оноре де Бальзака».

Аудиолекция Андрея Аствацатурова "Диккенс, Бальзак, Стендаль"

Франсуа Тайяндье "Бальзак". Отрывок из книги

 Франсуа Тайяндье "Бальзак". Отрывок из книги

"Eugénie Grandet" О. де Бальзака в переводе Ф.М.Достоевского

С.А.Кибальник. "Eugénie Grandet" О. де Бальзака в переводе Ф.М.Достоевского
Уже те немногочисленные исследования, которые до настоящего времени были посвящены переводу повести О. де Бальзака, выполненному Достоевским, [2] достаточно ясно свидетельствуют о том, что если, согласно понятиям своего времени, Достоевский имел полное право писать брату, что он «перевел Евгению Grandet Бальзака», [3] то, в соответствии c требованиями, предъявляемыми к переводу в наши дни, точнее было бы сказать, что он «вольно пересказал» или «свободно переработал» это произведение французской литературы. [4]
Поскольку «почти каждую фразу Достоевский начинает по Бальзаку, но в его переложении она усложняется, обрастает новыми образами, новыми признаками образов, и бальзаковский текст тонет в плоти, которой одевает его Достоевский», [5] то не только о формальной, но и о динамической эквивалентности (т. е. о «близости к оригиналу воздействия перевода на получателя, хотя тождества в деталях не будет») [6] применительно к переводу Достоевского говорить не приходится. По своему воздействию на получателя это несколько разнящиеся между собой произведения.
Достоевский не столько перевел повесть Бальзака, сколько выполнил свободную вариацию на ее текст, перенеся ее художественный мир в границы русского языка и русской литературы начала 1840-х годов, т. е. осуществив не перевод, а «транспозицию» французского оригинала, [7] или, говоря в терминах современной теории перевода, трансформацию с элементами сознательной деформации. А перестановки, замены, опущения и добавления, «если они не обусловлены системными расхождениями языков, сталкивающихся в переводе» [8] – а таких у Достоевского более чем достаточно – представляют собой проявления деформации оригинала. Важно определить направленность этой сознательной деформации, многочисленные примеры которой приведены В.С.Нечаевой.
В настоящей статье мы остановимся на элементах адаптации, или, говоря конкретнее, дискурсивной и прежде всего «интертекстуальной аккультурации» оригинала, к которой прибегал Достоевский. Понятие интертекстуальной аккультурации образовано нами по аналогии с понятием Юджина Найда «переводческая аккультурация», под которым понимается переодевание иностранцев «в национальные одежды народа переводящего языка». [9] Если маскировка «пионеров подбойскаутов» представляет собой устаревшую форму адаптации, которая «нивелирует межкультурные различия, создавая ложное представление о том, что “везде все то же”», [10] то интертекстуальная аккультурация иногда вполне уместна и в современной переводческой практике.
Последнее понятие предполагает перенос повести Бальзака также и в интертекстуальное поле прежде всего русской литературы. Введение интертекстуальных отсылок к произведениям классической русской литературы, т. е. к прецедентным для представителей русского лингво-культурного сообщества текстам, вводит переводной художественный текст в культурные рамки современной словесности и одновременно насыщает его прецедентными высказываниями. Благодаря дискурсивной и в том числе не в последнюю очередь интертекстуальной аккультурации достигается «динамическая эквиваленция» оригинала.
Удивительным образом до настоящего времени эта интертекстуальная аккультурация осталась практически незамеченной. Едва ли не единственное, что можно вспомнить в этой связи, это соображение В.П.Владимирцева, обратившего внимание на «скрытое литературное цитирование» Пушкина во фразе «одевался как денди», в то время как во французском оригинале нет «ничего подобного» [11] и комментарий в издании «Канонических текстов» Ф.М.Достоевского к фразе: «но так как говорится, что какова бы ни была лесть, груба ли, тонка ли она, но в сердце льстец всегда отыщет уголок, то и Евгения мало-помалу привыкла к похвалам, как к должной дани». [12] Комментарий этот абсолютно точен: «Реминисценцию из басни Лафонтена Достоевский переводит цитатой из басни Крылова “Ворона и лисица”». [13]

Читать дальше здесь