"Школа не ставит задачу воспитания качеств, лежащих в основе профессиональной и личной успешности"

Директор школы
Галина Резапкина

старший научный сотрудник, Федеральный институт развития образования, Академия социального управления

Чему не учат в школе?

Простой предмет невозможно сделать, не имея хотя бы мысленного плана действий. Мы же дерзаем воспитывать личность. Или думаем, что воспитываем. Однако вопрос «Какими вы хотели бы видеть своих учеников?» обычно ставит учителей в тупик. Хочется понять: должна ли школа воспитывать мировоззрение? А если должна, то какое и как? Страшновато задавать эти вопросы после слов министра образования о необходимости растить «не творца, а потребителя» – ну как завтра обяжут выполнять… 

Известный американский общественный деятель П. Бьюкенен в книге «Смерть Запада» в качестве главной причины деградации американского общества называет вытеснение традиционных ценностей. Этому способствует  политика СМИ, ограничение религиозного воспитания, цензурирование литературы и истории в угоду «политкорректности». Процесс «форматирования» американцев еще не закончен, но идет вполне успешно: 80% студентов 55 лучших колледжей и университетов не смогли ответить на простейшие вопросы по истории, зато 95%  опознали рэппера Снуппи, а 99% – Бивиса и Батхеда.

Технологию производства людей ограниченных и управляемых подробно описывает  Дж. Гатто в книге, изданной в Америке под шокирующим названием «Как из детей делают идиотов». Американский учитель беспощадно препарирует систему образования, которая учит, по его мнению, безразличию и зависимости, ничего общего не имеющей с послушанием.

Как сохранить у детей живой интерес к знаниям, самостоятельность, ответственность, если вся система направлена на формирование конформистов и циников? Гатто видит выход в свободе выбора форм образования и возрастании роли семьи в обучении и воспитании детей. Американский учитель, как бывалый сапер, прошедший минное поле, указывает нам опасные места и обходные пути.

Все напрасно! Наша школа так и норовит подорваться на каждой "мине": внедрение сомнительных программ и учебников, имитация «духовно-нравственного воспитания», заимствование чужого провального опыта, пренебрежение опытом отечественным, чаще по элементарному невежеству.

Объективно оценивая результаты пребывания миллионов детей в нашей школе, надо признать, что большинство выпускников не имеют четких представлений о себе и своем месте в жизни. Современная школа в лучшем случае дает сумму знаний, необходимых для поступления в вуз. Делаются попытки задать некие параметры личности – мобильность, коммуникабельность, амбициозность, креативность – но развитие этих качеств в отсутствии правильного мировоззрения несет больше вреда, чем пользы.

Школа не учит различать, что такое хорошо и что такое плохо, потому что одни учителя эти задачи не ставят, а другие сами придерживаются незатейливой морали готтентота: «Зло – это когда сосед украл у меня барана, а добро – когда я украл у соседа барана…».

Школа не учит принимать решения и нести за них ответственность. Эти качества, отличающие успешного профессионала, заставляют критично воспринимать цели и ценности, навязываемые окружением.

Школа не учит учиться, то есть не пробуждает способность к саморазвитию и самообразованию, а, в лучшем случае, передает учащимся набор фрагментарных и противоречивых знаний, не складывающихся в цельную картину мира.

Школа не учит навыкам, необходимым в работе и личной жизни – трудолюбию, терпению, способности сопереживать, помогать и просить о помощи. Просто это не заложено ни в одной образовательной области.

Школа не ставит задачу воспитания качеств, лежащих в основе профессиональной и личной успешности – честности, милосердия, великодушия. Более того, слыша эти слова, большинство учителей иронично улыбается.

Простой предмет невозможно сделать, не имея хотя бы мысленного плана действий. Мы же дерзаем воспитывать личность. Или думаем, что воспитываем. Однако вопрос «Какими вы хотели бы видеть своих учеников?» обычно ставит учителей в тупик. Хочется понять:  должна ли школа воспитывать мировоззрение? А если должна, то какое и как?

Страшновато задавать эти вопросы после слов министра образования о необходимости растить «не творца, а потребителя» – ну как завтра обяжут выполнять… Но если  командир оказался предателем или сошел с ума, это не значит, что солдаты должны сдаваться или переходить на сторону врага. Впрочем, у нас есть проверенное средство от безумных приказов – халтурное исполнение.

Чем опасны школьные учебники литературы?

Источник
Галина Резапкина
Пять лет назад родители детей, с которыми работали наши психологи, привезли комплект учебников по литературе серии «Школа-2100» со словами: «Посмотрите, что они делают с нашими детьми!» Посмотрела. Ужаснулась.
Написала три рецензии – на большее не хватило, уж больно неполезным оказалось чтиво. А весной авторы этих учебников получили Президентскую премию. Страна должна знать своих героев, поэтому рискую опубликовать здесь фрагменты этих рецензий.
«Большой мир» встречает детей стихотворением Марины Цветаевой:
…Я страшную сказку читаю
О старой колдунье беззубой.
О старой колдунье и гномах,
О принцессе, ушедшей закатом.
Как жутко в лесу незнакомом
Бродить ей с невидящим братом!
Одна у колдуньи забота:
Подвести его к пропасти прямо!
По страницам учебника второклассников ведут мальчик Саша и «младший домовой Афанасий». «Большой мир» – это мир домовых, муми-троллей, хоббитов, эльфов и гномов, героев народных и авторских сказок. Чтение преподносится в виде путешествия во сне, а реальность домового Афанасия подтверждается железным аргументом: «Дедушка не знает про меня, потому что он в меня не верит». Литературные вкусы Афанасия, усатого брюнета с топором, красным носом и глазами навыкате, мягко говоря, своеобразны.
Мне нравятся страшные рассказы. И я с интересом прочла зловещую литовскую сказку «Мальчик Золотой Хохолок и девочка Золотая Коса» про то, как новорожденных детей кладут в ящик и бросают в воду. Но если бы я встретилась с этой сказкой в более нежном возрасте, ночные кошмары мне были бы обеспечены как минимум на четыре ночи – четыре урока дети переживают за героев сказки.